Книга Огонь, пепел и ветер, страница 4 – Северина Мар

Дракон-император приноровился брать красноволосую купеческую дочку к себе в постель, но та, похоже не возражала. При мысли об этом, Кира каждый раз охватывала странная досада, но он всегда одергивал себя, напоминая, что, они один только раз танцевали вместе, и она ему ничего не должна, и уж тем более, не ее вина в том, что, в конечном счете, их с драконом-императором вкусы оказались схожи. Тем более, что и постель Кира отнюдь не всегда пустовала.

Воцарившуюся идиллию омрачало известие о смерти лжекняжны Миры. Девушка скончалась спустя несколько дней, как ее доставили в Альтору. Она так и не пришла в себя, и ее не удалось допросить. Кир корил себя за то, что не выяснил, где она спрятала кольца, хотя и знал, что не в его силах было, что-либо изменить.

Графиня Дэву откуда-то все прознала. Она обладала связями среди вельмож — столь обширными, что им позавидовал бы генерал Тару, руководивший шпионскими отрядами и тайной стражей. Графиня проболталась невестам о смерти лжекняжны Миры и те расстроились.

Особенно это известие ударило по госпоже Пинне. Она стала еще молчаливее и бледнее, чем была до того, и почти каждый день отправлялась на долгие ферховые прогулки по горным тропам. Вероятно, она боялась, что после того, как окончится Отбор, а вместе с ним и ее неприкосновенность, как невесты дракона-императора, ее приговорят к Соляным копям. Скорее всего ее опасения были излишни. Княжна Лидия засвидетельствовала, что госпожа Пинна лишь защищалась, когда лжекняжна напала на нее, и значит — была невиновна.

Острые черепичные крыши домов стали ближе. Из некоторых печных труб шел легкий дымок. Хотя дни стали еще жарче, ночи по прежнему были холодными и состоятельные горожане не стесняясь топили печи и камины.

Кир задумался о том, что понадобилось Верхней ложе от него в такой поздний час. Он получил ферата с приказом явиться, как можно скорее, перед самым ужином и бросив все дела, поспешил в Совет.

Наверняка, это снова был какой-то пустяк. Из двенадцати заседавших в Верхней ложе вельмож только Страт и княгиня Мерай были молоды. Остальные же разменяли самое меньшее пятый десяток лет, и были старшими сыновьями знатных и богатых семей, всю жизнь тщательно оберегаемыми, не знавшими ни войны, ни других бед.

Страт — друг Кира, выделялся среди них не только своей молодостью и тем, что ему довелось участвовать в подавлении восстания, видеть страдания и смерть.

Он был младшим сыном князя Лукаций и получил титул и место в Совете, только из-за того, что его старшие братья по трагической случайности погибли. Помимо дракона-императора, Страту больше всего на свете была интересна наука и разнообразные механизмы. Он сам разработал чертежи канатной дороги, которую предлагал построить между нижними — лежавшим в низине, и верхними — крепившимся к скалам, ярусами Альторы, и предлагал использовать их вместо движущихся платформ, управляемых каменными колдунами.

Ему, разумеется, отказали, ведь, стоило ли пачкать руки о механизмы, словно они были варварами из Андалур, когда у них было чистое и совершенное колдовство?

Кир полагал, что и сегодняшнее заседании Совета будет посвящено канатной дороге и готовился поддержать Страта, хотя и понимал, что его голос не будет ничего решать.

Под ними возникла плоская верхушка насестной башни и Арай мягко приземлился. Их выбежал встречать молодой слуга. Его лицо было незнакомо, и Кир решил, что тот состоит при Совете недавно. Он по праву мог гордиться своей памятью на имена и на лица.