Книга Огонь, пепел и ветер, страница 23 – Северина Мар

— Хорошо, я тебе помогу, но только при одном условии, — Елена уже снова полностью взяла себя в руки и ее голос звучал, как ледяные потоки горного ручья. — Передай Тару, чтобы обращался с ней так, как и подобает это делать с юной госпожой. Даже если потом ее и ждут соляные копи или Алхавар это не значит, что она должна страдать сейчас. Скажи, что когда у меня выдастся свободное время, я приду ее навестить, и очень огорчусь если с ней, что-то будет не так.

Рухи вполне могли опускаться на землю, и без насестных башен. Башни требовались в основном не им, а людям, которых крайне пугало внезапное появление огромных хищных птиц. Также на башнях хранились седла, без которых удержаться на спине руха было крайне сложно.

Если бы они с Еленой воспользовались в тот день насестной башней и взяли там седла, то потом на них бы точно пало подозрение. Слишком уж явно все было бы, если бы глас дракона-императора и одна из его невест отправились бы на прогулку на рухах в тот же вечер, когда пропала госпожа Пинна.

Чтобы этого избежать, Кир заранее пронес на Лунный остров два седла из тонкой телячьей кожи. Они были не такими крепкими и основательными, как те, которыми они пользовались обычно, но зато их можно было легко убрать в сверток, и спрятать между камней в укромном месте.

В отличие от Кира, Елена могла все время быть подле других девушек и выгадав время, когда госпожа Пинна вновь отправится на одинокую ферховую прогулку, дать об этом знать Киру, через перстень.

В Приюте Цицелии было столько укромных лестниц, темных коридоров и черных ходов, которые за это время, они хорошо изучили, что выскользнуть наружу, не привлекая внимания лишних глаз, оказалось весьма просто. Если, кто-то и заметил, как они покинули дворец, то что с того? Вечерние прогулки были полезны для крепкого сна, а нагнать пешком госпожу Пинну, ехавшую ферхом, все равно было бы невозможно. Так что тут подозрения с них снимались.

Дойдя до укромного места, скрытого зарослями тисов и выступом скал, они призвали рухов. Синекрылая Айрин и угольно-черный с алой каймой по крылу Арай, и так уже летали поблизости.

Накинув на их спины седла, они взмыли в воздух.

Ветер ударил в грудь, заставив слезиться глаза, и отогнав тревогу. Кир уже все для себя обдумал много раз и был уверен, что то, что они задумали правильно. Нельзя было упустить возможность узнать, где лжекняжна Мира спрятала кольца. К тому же, Елена была права, они не могли позволить, чтобы преступница и воровка стала в итоге их императрицей. Однако, все равно, на сердце у него было неспокойно.

Ментальная связь, существовавшая между рухом и его всадником, позволяла последним не только обмениваться друг с другом сообщениями, но и пользоваться острым птичьим зрением.

Вскоре они углядели яркий сполох лазурного и алого цвета — так с высоты выглядела госпожа Пинна и ее ферналь. Они следили за тем, как девушка поднимается выше и выше по горной тропе, затем, спешившись, привязывает птицу и идет дальше уже одна сквозь рощу, приближаясь к обрыву скалы.

Момент выглядел, как крайне подходящий для их целей. Рухи устремились вниз.

Госпожа Пинна стояла одна, возле обрыва, глядя на то, как сгущается, оборачиваясь розовым и алым цветом небо, как далеко внизу бьется об камни море, разбрызгивая пену.