Книга Огонь, пепел и ветер, страница 110 – Северина Мар

Внезапно, Мэй, которая покинув святилище вела себя вполне пристойно, остановилась и начала клевать хурму, густо покрывавшую ветви, склонившегося к дороге дерева.

Лили прикрикнула на птицу, затем пнула ее пятками по бокам, но та не реагировала, продолжая, щелкая клювом, поглощать желтые налитые соком плоды. Пришлось спешиться, и потянуть Мэй за уздцы. Когда и это не помогло, то у Лили не осталось иного выбора, кроме, как подождать пока ее своенравная юная попутчица насытится и согласится двигаться дальше.

Глубоко вздохнув, Лили уставилась на далекое море, бившееся о скалы. Сразу за дорогой земля круто шла вниз, спускаясь к воде. Склон густо зарос деревьями и кустарниками. Иногда можно было увидеть вдалеке белый бок горного козла, скачущего по своим делам.

Ночью была гроза, и насытившаяся влагой земля стала черной и мягкой. Опустив глаза, Лили заметила, как под зарослями кустов, ползущих по склону вниз, что-то копошится в земле. Она прищурилась, пытаясь разглядеть получше. Сперва ей показалось, что это клубок змей — белых и толстых. Затем в переплетении извивающихся тел мелькнула человеческая рука, и ладонь с длинными, острыми когтями.

Раздался пронзительный высокий крик. Его издавало нечто, появлявшееся из под земли.

Лили бросилась назад, и дернув за уздцы, перепуганную воплем Мэй, вскочила в седло. Он хотела пустить ферналь галопом и та уже сделала пару шагов, как вдруг прямо на дорогу перед ними выбежал человек.

Лили едва успела потянуть поводья, заставив Мэй попятиться назад.

Перед ней на дороге сидел юноша. Крайне бледный, с длинными спутанными белыми волосами, перепачканный землей и абсолютно обнаженный.

Сердце чуть не проломило ребра, когда Лили поняла, что едва его не затоптала. В памяти сразу промелькнули наказания положенные за убийство. На соляные копи она уж точно не хотела.

— Вы, что желаете умереть?! — взвизгнула Лили. — Тогда не за мой счет, пожалуйста.

— Простите, госпожа, пожалуйста, простите! Я совсем не того хотел! — взмолился юноша. Говорил он нечетко и, как-то странно, как обычно говорят старики, так что Лили едва могла его понять.

— Кто вы такой? И где ваша одежда?

— Я… я всего лишь несчастный путник. На меня напали бандиты и украли все мои вещи, а меня самого закопали живьем под кустом, но не глубоко. Я смог выкопаться.

— Откуда взяться бандитам в окрестностях Альторы?

— Откуда? Так всегда же бандиты были. Нет?

— Нет. Всех, кто смеет нарушить закон, установленный драконом-императором, хватает стража, — отрезала Лили. — Прочь с дороги! Дайте мне проехать.

— Госпожа, пожалуйста, не бросайте меня, я ведь незрячий, немощный юродивый, а от ударов по голове, я растерял всякую память. Совсем не помню, ни кто я такой, ни как меня зовут.

Прикрывая руками свою наготу, он встал и откинул назад волосы, так что Лили смогла разглядеть его лицо — с точеными и нежными чертами, тонким с небольшой горбинкой носом, чувственными пухлыми губами и белыми, как у мраморной статуи, лишенными зрачков, слепыми глазами.

Конечно же, Лили не могла бросить посреди горной тропы незрячего человека, да еще и совершенно нагого, и не помнящего, кто он такой. Он бы просто свалился со скалы и разбился насмерть, или же его бы забодали горные козлы, но и, что с ним делать она не знала.