Книга Ненужная жена красного дракона. Мачеха наследников, страница 9 – Юлий Люцифер

Радана у стены смотрела в пол, но я готова была поклясться: она прячет улыбку.

Мы вышли из малой столовой в длинную галерею. Здесь было светлее, чем ночью. Узкие окна пропускали утреннее солнце, и красный камень казался не мрачным, а теплым. На стенах висели портреты Веренских: мужчины и женщины с темными глазами, строгими лицами и знаком огня на одежде.

— Это главная галерея, — сказал Витослав. — Дальше зал приемов, библиотека, малая часовня, зимний сад. Вам можно бывать там свободно.

— Щедро.

Он посмотрел на меня краем глаза.

— Князь осторожен.

— Со мной?

— Со всем, что касается наследников.

— Значит, со мной.

Витослав не стал спорить.

Мне понравилось, что он не притворялся.

Мы прошли мимо ниши с доспехами. На темном металле были выбиты драконьи чешуйки. Я задержала взгляд.

— Это настоящая броня?

— Да.

— Против кого воюют красные драконы?

— Против тех, кто забывает, что они красные драконы.

Сухо. Почти с юмором.

— Вы всегда отвечаете так, чтобы собеседник понял меньше, чем спросил?

— В замке Веренских это считается воспитанием.

Я впервые за день почти улыбнулась.

Мы свернули к библиотеке, когда впереди послышались детские голоса. Один резкий. Второй тихий, почти неслышный.

Витослав остановился.

Я тоже.

Из бокового прохода вышел Тихомир.

Теперь он был одет как наследник: черный камзол, красная вышивка у ворота, пояс с маленькой серебряной пряжкой. Лицо собранное, взгляд настороженный. Рядом шла Милада в темно-алом платье. В руке она держала маленькую деревянную птицу.

Увидев меня, мальчик сразу встал перед сестрой.

Не демонстративно. Привычно.

— Госпожа Веренская осматривает замок, — сказал Витослав. — Вам следует идти к наставнику, княжич.

— Мы идем.

Но он не двигался.

Милада выглянула из-за его плеча. На мгновение наши взгляды встретились. Она тут же опустила глаза, но деревянную птицу прижала к себе сильнее.

— Доброе утро, — сказала я.

Тихомир молчал.

Витослав чуть повернул голову к нему. Этого хватило.

— Доброе утро, — выговорил мальчик.

Не мне. Обязанности.

— Милада, — мягко напомнил Витослав.

Девочка беззвучно шевельнула губами. Слова не получилось.

— Ей необязательно, — сказала я.

Тихомир посмотрел на меня с подозрением.

— Что необязательно?

— Здороваться, если не хочет.

— В этом доме дети обязаны быть вежливыми.

— Вежливость без голоса тоже бывает.

Он нахмурился. Кажется, не понял, ловушка это или нет.

Я не стала подходить. Не протянула руку. Не улыбнулась слишком широко. Дети хорошо чувствуют фальшь, особенно те, кого взрослые уже подвели.

Милада вдруг уронила деревянную птицу.

Игрушка ударилась о камень и покатилась к моим ногам.

Я наклонилась, подняла ее и замерла.

Птица была вырезана грубо, но узнаваемо: не голубь, не сокол. Ворон. Крылья распахнуты, клюв острый. На спине — тонкая черная линия, будто кто-то провел углем.

Я посмотрела на Миладу.

— Твоя?

Девочка кивнула.

Я подошла на один шаг. Тихомир напрягся.

— Я положу на пол, хорошо? Ты сама возьмешь.

Милада снова кивнула.

Я опустилась на корточки, положила птицу перед ней и только тогда заметила ее правую руку.

Рукав платья чуть съехал.

На запястье был браслет. Тонкий, золотой, с маленькими красными камнями. Красивый. Слишком тяжелый для детской руки. И под ним, у края, темнела та самая полоса, которую я видела ночью.