Книга Прелюдия зверя, страница 44 – Арина Рекк

Лили отстраняется, но мои руки все еще на ее плечах, и это обнадеживает.

— С какой целью интересуешься?

Если бы я знал. Мне не то чтобы плевать на ее прошлое, но родители с детства прививали мне простую мысль, что вокруг меня не невинные ангелы, а обычные люди. Именно поэтому так раздражало меня лицемерие, и именно поэтому так зацепила Лили с ее честностью и привычкой говорить то, что думает. По крайней мере она такая со мной, а на остальных плевать. И это вдруг наталкивает меня на одну мысль. Осознать это так неожиданно, что не удается понять собственное к этому отношение.

Лили

Вальтер смотрит на меня долго, будто и сам не знает, с какой же целью он задает такие вопросы, но затем пальцы на моих плечах сжимаются чуть сильнее, а взгляд его неуловимо меняется.

— Зверь во мне готов растерзать каждого, кто хотя бы посмотрит на тебя. Дай ему волю, и он искупается в их крови, – он усмехается недобро, – а того, кто был в тебе до меня, я готов убивать медленно и со вкусом, и я не преувеличиваю. Но меня воспитывал человек. Твоя мама, Лили. Она знала твое будущее, знала все, и готовила меня ко встрече с тобой. Она практически искоренила все животное во мне, научила меня отделять человеческое от звериного. Сделала меня идеально тебе подходящим. Та, кого я считал... она делала все это ради тебя, Лили. Взяла меня к себе только ради тебя.

— Ты говоришь чушь, – отвечаю спокойно, – ей было плевать на это. Она отдали меня в приют, избавилась от ущербной дочери, чтобы самой выбрать себе идеального ребенка. Ты просто не знаешь меня так, как знала она, и не понимаешь, о чем говоришь.

— Ну так расскажи! – он придвигается, и до меня доносится его запах, будоражит чувства и нервы, – я пытаюсь узнать тебя. Я же и правда нихрена о тебе не знаю. Ты водила меня за нос, ускользала снова и снова, а я понятия не имею как!

— Я метаморф, – торопливо признаюсь упавшим голосом, пока не передумала малодушно. Вижу растерянность в темных глазах и пытаюсь оправдаться, будто возможно оправдаться за то, что родилась с дефектом, – Я не знаю почему... так вышло.

— Метаморф? – переспрашивает недоверчиво.

— А как еще ты думаешь я могла так долго бегать от тебя? Ну и спасибо порталам, конечно. Я вела тебя в ту деревню, чтобы ты прошел мимо и продолжил искать несуществующего человека, а я бы перезимовала там и вернулась обратно.

— Но чтобы менять внешность, ты должна была убить, – он отпускает мои плечи и взъерошивает свои волосы. Без его рук сразу становится зябко, и я кутаюсь в одеяло.

— Так и есть, – говорю тихо, пристально следя за реакцией Вальтера. Почему-то очень важно, чтобы он меня выслушал. Не найдя отвращение в темных глазах, одну лишь продолжающую расти растерянность, позволяю себе надежду.

Пусть знает обо мне все, и тогда он либо оставит меня, как сделали это мать с отцом, либо я перестану бояться, что он меня бросит. Ставлю на карту все, потому что тяготит подарок судьбы, который каждую секунду может просто исчезнуть.

— Так ты поэтому не... – он замолкает и гулко сглатывает, будто не может говорить, – ты поэтому не девственница? Он...

— Нет! – восклицаю, но добавляю грустно: – не меня. Мою подругу. Мы работали вместе. Там где я росла... почти все девушки зарабатывали телом. Это не значит, что взять может кто угодно, но тот рыжий решил иначе. На услуги денег видимо не хватило, или пожалел. В любом случае я вошла невовремя... для него конечно, и сделала первое, что пришло в голову. Хотела просто помешать, оглушить, но не рассчитала силу. Там было столько осколков... Там, где я работала... В общем, владельцу заведения не нужны были проблемы, и он нас не выдал, избавился как-то от тела, но выгнал обеих на улицу. Подруга быстро нашла новую работу, она не особо щепетильна, а я как раз в тот день получила ту самую записку.