Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 47 – Е. Лань

Оказавшись один, я прислонился спиной к деревянной раме двери и шумно, глубоко выдохнул. Сердце колотилось в груди так, словно я только что закончил тысячный комплекс упражнений с тяжелым мечом.

Ладони слегка вспотели.

Я опустил взгляд на Снежный Лотос, бледно-голубые лепестки слабо светились в полумраке комнаты.

Что со мной происходит?

Я, Чон Мин-Хо, воин, который никогда не знал страха перед лицом превосходящего противника, вдруг почувствовал, как у меня дрожат колени от одного только взгляда её темных, бездонных глаз.

Когда она посмотрела на меня на площади, после того как я поверг Железного Быка, в её взоре было столько трепета... Столько невысказанного восхищения моей силой, что мне захотелось немедленно броситься в бой с целой армией, лишь бы снова увидеть этот взгляд.

Она была такой хрупкой, такой чистой. Её увлечение оружием — эта маленькая, очаровательная странность, лишь добавляла ей загадочности. Эта хрупкая девочка собирала клинки, потому что сама была слишком нежной, чтобы ими воспользоваться, и восхищалась эстетикой смертоносного металла, как другие дамы восхищаются орхидеями.

Я закрыл глаза, вспоминая слова моего батюшки, Гук-Гона Чон Хасо.

Это было давно, накануне моего совершеннолетия. Мы сидели в беседке у пруда, и отец, обычно скупой на слова, вдруг завел разговор о делах сердечных.

«Мин-Хо, — сказал он тогда, глядя, как матушка Сора вдалеке лениво гоняет служанок. — В мире много красивых женщин, но женщина великого духа, женщина, способная стать настоящей парой воину — это стихийное бедствие. Она будет испытывать тебя, будет капризничать, злиться, плести интриги и пытаться сбить тебя с толку».

Я все еще помню, как удивился тогда.

«И что же делать, батюшка? Как победить в такой битве?»

Отец усмехнулся, и в его глазах блеснула мудрость человека, покорившего самую опасную женщину Империи.

«Не пытайся её победить, сын, в любви нет победителей и проигравших. Будь скалой, будь монолитом и когда она обрушит на тебя волны своего гнева или океан своих капризов — просто стой, не сдвигайся ни на цунь. Защищай её даже от её собственных разрушительных порывов. Рано или поздно волна отступит, и она поймет, что твоя гранитная надежность — это единственное место в мире, где она может просто закрыть глаза и отдохнуть».

Я открыл глаза.

Скала. Да, я должен стать для Лин Сюэ неприступной скалой.

Она напугана северным городом, боится Мастера Ма, её тяга бродить по коридорам чужого дворца — это лишь проявление нервного истощения и паники. Моя хрупкая девочка не понимает, что делает, пытаясь сбежать от своих страхов в активность.

Мой долг — оградить её от этого, стать преградой между ней и жестоким миром.

Я решительно шагнул к медному тазу, установленному на жаровне в моей комнате. Вода уже закипала. Я извлек Снежный Лотос из сферы, чувствуя, как от цветка исходит мощная, морозная аура чистейшей энергии Инь.

Используя свои знания меридианов, я медленно, концентрируя собственную энергию Ян в кончиках пальцев, опустил цветок в кипяток, вода мгновенно окрасилась в нежно-голубой цвет, по комнате поплыл аромат морозной свежести и сладкого горного меда.

Я должен уберечь её любой ценой, даже если ради этого мне придется просидеть у её дверей всю ночь.