Книга Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир, страница 11 – Е. Лань

Мне оставалось только одно — играть роль. Играть её так хорошо, чтобы этот болван ничего не заподозрил, пока я не найду способ изящно и безопасно от него избавиться.

— Вы... вы мой ангел-хранитель, — пролепетала я, опуская глаза в пол, чтобы скрыть вспыхнувшую в них ненависть. — Я вверяю свою жизнь в ваши сильные руки.

POV Чон Мин-Хо

Я готов был свернуть горы! Её тихий, трепетный голос и полные доверия слова наполнили меня такой неимоверной силой, что я чувствовал себя способным остановить голыми руками снежную лавину.

Она была похожа на хрупкую лилию, случайно выросшую среди диких, заснеженных скал. Лилию, которую нужно оберегать от малейшего сквозняка.

Солнце стремительно садилось, окрашивая снежные вершины в багровые тона, становилось холоднее.

— Балу, за хворостом! — скомандовал я.

Медведь недовольно заурчал, но, повинуясь дрессировке, медленно побрел к опушке леса, ломая своим весом сухие ветки.

Я же занялся обустройством лагеря. Мои движения были быстрыми и отточенными. Я расчистил площадку от снега, используя широкое лезвие «Грома Юга» как лопату, отец учил, что оружие должно служить воину во всём.

Сложив принесенный Балу хворост, я добыл искру кресалом и вскоре в сумерках весело заплясало яркое пламя костра.

Я заботливо усадил свою прекрасную спасенную, она назвалась Лин Сюэ, дочерью торговца шелком, на самое теплое и сухое место у огня, подстелив под нее свой походный коврик.

Её охранники, к моему удивлению, оказались довольно крепкими ребятами. Очнувшись от моих «вразумительных» ударов, они, хоть и стонали, но быстро пришли в себя. Правда, смотрели они на меня как-то странно — не с благодарностью, а с каким-то затаенным, мрачным ужасом, видимо, еще не отошли от шока после нападения разбойников.

— Сидите тихо, Госпожа Лин, — ласково сказал я, наблюдая, как она кутается в мой плащ, её плечи подрагивали. Бедняжка, она так напугана!

— Я приготовлю ужин, походная пища воина вернет вам силы.

Я достал из седельных сумок свой котелок, зачерпнул чистого снега и повесил над огнем. Когда вода закипела, я щедро бросил туда горсть сушеного мяса, коренья и немного соли, варево получилось густым, наваристым и источало мощный, сытный дух.

Я наполнил деревянную плошку, достал свою походную ложку и подошел к Лин Сюэ.

Девушка сидела, уставившись в огонь немигающим взглядом, в свете пламени её кожа казалась золотистой, а черные волосы блестели как вороново крыло.

Я опустился перед ней на одно колено.

— Госпожа Лин, вам нужно поесть, еда согреет вашу кровь.

Она медленно перевела на меня взгляд, в её глазах на мгновение мелькнуло что-то странное... Какая-то острая, колючая эмоция, совершенно не свойственная испуганным девам, но девушка тут же моргнула, и наваждение исчезло. Передо мной снова была трепещущая лилия.

— Благодарю вас, Господин Чон, — прошептала она, протягивая из-под тяжелого плаща тонкую, изящную руку. — Но я... у меня совсем нет аппетита, пережитый ужас сковал мой желудок.

— Вздор! — решительно заявил я. — Отказ от пищи — первый шаг к слабости. Вы перенесли сильный стресс, ваш организм нуждается в энергии Ки!

Я зачерпнул ложкой густое варево, заботливо подул на него, чтобы не обжечь её нежные губы, и протянул к её рту.

— Давайте, Госпожа, откройте ротик. За матушку, за батюшку, за благополучие Империи!