Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 25 – Мария Вельская

— Расписание вашего посещения… моей спальни, — я скорбно поджала губы, давая понять, на какие жертвы иду.

— Не знал, что для этого нужно расписание, милая Аэри… — в голосе Триса послышались обволакивающие нотки.

Он смотрел так, как будто я была самым важным существом на свете. Так, как будто действительно была нужна, важна, интересна.

Золото волос щекотало мне щёку, глаза мужа мягко мерцали, а вторая его ладонь, как будто невзначай, опустилась мне на талию и сползла немного ниже.

Наверное, это могло бы быть приятно. Наверное. С кем-то другим. Тело прошила дрожь отвращения.

— Аэри? — В голосе Тристана звучало искреннее недоумение.

Он не мог не ощутить, насколько мне неприятен. А ведь до свадьбы в прошлой жизни мы встречались и не раз и ничего подобного я не выказывала. В этой было так же?

— Я… — побольше надрыва, дорогая! Ноток священного ужаса! — я надеялась свыкнуться с этой мыслью, надеялась, что всё получится… — выдохнула, кусая губы, — но это ужасно! — проговорила торжественно загробным голосом.

Может, корона и стоит одной ночи с младшим принцем. Но мне не нужна корона. Мне нужна победа.

— Что ужасно? — Брови Тристана взметнулись.

— Это! — Произнесла трагическим шёпотом, который должен был всё объяснить.

Я играла так вдохновенно, как никогда. Даже если мы встречались до свадьбы, то от силы раза три и всё равно друг друга не знали по-настоящему. Мало ли какие причуды могли прийти в голову невесте за это время? Я знала немало случаев, когда милые, нежные и утончённые леди перед браком буквально сходили с ума.

Волосы упали на лицо, закрывая глаза.

В таком положении мне очень хорошо было видно лицо Триса.

Поджатые губы, холодный острый взгляд, раздувающиеся ноздри носа. Он был совсем не так спокоен, как хотел показать.

В следующим момент меня рывком прижали к стене. В светло-синих глазах отразилось что-то неуловимое.

Широкая ладонь опустилась на стену над моей головой. Вторая угнездилась возле талии, отсекая попытку к бегству.

— Месяц назад ты таяла от моих поцелуев и сходила с ума от моих объятий, а теперь вдруг не желаешь моих прикосновений? Кому ты лжешь, Аэри? — Голос Тристана изменился. В нём появились резкие грубые нотки.

Жёсткие пальцы попытались ухватить меня за подбородок, но я увернулась.

Обойдёшься.

— Кто твой любовник? Правда что ли мой братец? Или нашла кого-то из придворных бездельников? Кого ты осчастливила, А-аэрри? А ведь твоя первая ночь должна была принадлежать мне! Мне!

Тристан коснулся мокрыми губами шеи, и… Страх исчез. На смену ему пришло злое веселье. Ну, какой прыткий. А уж инициативный какой! За это и получишь, милый. Чтоб тебе на шип Корри сесть!

Интуиция у Триса всегда была хорошо развита, и он быстро понял, что что-то не так.

— Что? — Оторвался от меня, как сказочный вампир. Фу, какая гадость! — Ты…

Шлёп! Хлюп! Бац!

Я сдерживала силу и била по-женски. Несильно, но больно и обидно, отвешивая пощёчины-оплеухи.

О, какая актриса во мне погибала!

Голос задрожал от ярости. Я знала — он мог перехватить мои руки, но почему-то это не сделал.

— Как вы смели, Ваше Высочество! Как. Вы. Смели. Во мне усомниться! — Ярость взвинтила, обострила все чувства. А теперь радостный сип и крик измученной чайки на бис. — Я готова пройти испытание любым артефактом или целителем, который подтвердит, что я девица!