Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 188 – Мария Вельская

Во мне бурлила сила. Если мне раньше казалось, что её много, то теперь возникло ощущение, что захоти я — и смогу сдвинуть кончиком пальца гору!

— Это скоро пройдет.

Смешок — и объятья бога исчезли. Я поняла, что меня обнимают другие руки.

Я бы узнала их из сотен других. Я бы почувствовала его, даже находясь за тысячу шагов.

Кронпринц империи Шаннер Мъярг прижался щекой к моему виску и потёрся о него, как кот.

— Ты вернулся, — в голосе Шаннера чувствовалась едва заметное напряжение.

Я попыталась обернуться, чтобы заглянуть ему в глаза, но мне не дали, крепко удерживая на месте.

— Да, будущий император и сын моей крови. Я вернулся.

Энрис распрямился, и его высокое худое тело нависло над нами. Кожа божества источала едва заметный свет. Он был облачён в серебристо-серую тогу.

Вот она странно шевельнулась, и я вдруг поняла — это не одежда. Это крылья! Они медленно наливались алыми отсветами. По острым блестящим перьям начали разбегаться багровые искорки, рассыпаясь в воздухе. Не сразу я поняла, что сильное тело наследника едва заметно подрагивает за моей спиной.

Я чувствовала, что между богом и Шаннером происходит разговор — на том уровне, куда мне было не попасть.

— Я наведу порядок, можешь не беспокоиться о вмешательстве других богов, — острое лицо Энриса казалось в тусклом свете факелов зловещим, — не сомневайся во мне, наследник, и не беспокойся. С твоим отцом я поговорю сам.

Короткий миг молчания и резкое:

— Нет, наследник. Это дело будет только между нами, не лезь.

Кажется, Шаннер отступил.

Голос Энриса стал мягче, спокойнее. Он медленно повернул голову, разглядывая разгромленный зал. По тонким губам скользнула удовлетворённая усмешка.

— Хорошо, — мягкий шёпот, — очень хорошо. Вы всё сделали правильно. Такой мерзости, как эти отбросы, не место на моей земле. Кэссард Сорлейн! Подойди!

Я вздрогнула, но горячие руки Шаннера крепко обхватили меня за талию.

— Подожди. Не вмешивайся. Всё будет в порядке, — шепнули мне на ухо.

— Это мой брат! — Сердце забилось чаще.

Я верила Шану, верила Энрису, но потребность защищать своих близких настолько прочно вошла в кровь, что от неё почти невозможно было отказаться.

— Твой. И доверь ему самому строить свою судьбу. Больше ему ничего не угрожает. Верь в своих братьев так же, как они верят в тебя, — негромкий низкий голос ошеломил.

Я смотрела, как Грэй осторожно подводит хромающего бледного Кэса к Энрису.

Как брат раздраженно морщится, а потом сбрасывает руку Грэя, чтобы идти самому. Через боль, через трудности, через напряжение. Он был таким же упрямым, как и я. Мой близнец. Теплая лапка коснулась сердца.

Кэс попытался опуститься на колени, но ему не дали. Ладонь Энриса легла на макушку брата, а острые когти коснулись шеи, заставляя замереть на месте. Струйка крови блеснула в свете разгорающегося пламени. Я смотрела, затаив дыхание, следя за тем, как пламя бога перетекает в моего брата.

На миг лицо Кэса исказилось, рот приоткрылся, как будто он хотел закричать, но брат упрямо вцепился зубами в губу — и промолчал. Сердце дёрнулось от жалости и восхищения.

— Ты прав, — выдохнула я негромко, — я… должна отпустить это. Перестать делать вид, что без меня они пропадут. Они взрослые самостоятельные и сильные маги, которые могут сами строить свою судьбу.