Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 147 – Мария Вельская

Я ещё не успела осознать, что это значит, как внутри всё взвыло набатом.

— Ложись! — Рявкнула я во весь голос.

Наверное, в моём голосе прозвучало что-то страшное. Всё, что я испытала за короткие секунды. Ужас. Понимание. Безысходность. Отчаяние. Гнев. Безумное желание выжить. Моя магия всколыхнулась волной, выжигая каналы. Хотелось заорать в голос, но я только прикусила губу так, что она треснула до крови. Не отступать. Не сдаваться. Не… Я справлюсь. Я смогу.

Я успела заметить, как Эли одним движением закидывает за спину орущую спутницу Мароша Триона. Как Доргат взвивается вверх, распуская над нами огромные крылья горгульи. Как Маэни пробивает горло герцогского сынка ножом.

Бесполезно. Я видела, как внутри него уже закручиваются сиреневые вихри чужой силы. Он был полон злой темной силы, которая мечтала лишь об уничтожении. И тому, кто его послал, было наплевать и на теплый день, и на играющих в парке детей, на застывшую в трёх метрах от нас стайку совсем молоденьких девочек — воспитанниц женского пансиона, во главе со строгой воспитательницей.

Ничего не существовало.

Только я и он. Мой незримый противник, который решил уничтожить зарвавшуюся принцессу. Даже мысли не возникло, что это Тристан или свекровь. Нет, у этих двоих сейчас другие заботы. На сцену вышел наш главный кукловод.

Я сжала зубы.

Марош оскалился. Его глаза заволокла фиолетовая дымка. Арканы Маэни задрожали, растворяясь во всплеске агрессивной магии.

— Сдохни, принцесса, — прошептали чужие губы.

— Дор, закрой девочек! — Крикнула я за секунду до того, как Марош Трион перестал существовать.

Последнее, что я увидела — как горгул резко меняет направление, бросаясь к кричащим девчонкам. Маэни закрывает меня, а один охранник кидается к Эли. Второй, кажется, вообще не понимает, что происходит. Он совсем молоденький, только усы пробились. Хлопает светлыми глазами, медленно поворачиваясь к искрящемуся силой Марошу.

Вены Триона превратились в черных разбухших пьявок, рот широко раскрылся — и из него полился поток всё той же ярко-фиолетовой магии.

Парк наполнился воплями. Если эта магия из него ринется наружу — а так и будет, то тут не то, что мы… Погибнут все, кто сейчас в парке, а может и жилой квартал зацепит. Это не просто смерть принцессы. Это конец для всей империи. То, что уничтожит и без того шаткое положение императорской семьи. Злой гений просчитал всё. Он шёл к своей цели, не оглядываясь на возможные жертвы. Ему и на Тристана с Хелени было плевать — просто эти двое умрут тогда, когда перестанут быть ему нужны.

— Катись с бездну! — Выдохнула, чувствуя под пальцами лобастую голову Корри. Мантикор принял истинное обличье. Распахнул крылья, выставил хвост с жалом и громко зашипел.

Прошло не больше пяти секунд. Мир начал тонуть в фиолетовом сиянии. Пальцы задрожали, голова закружилась. Моя магия вошла в резонанс с чужой. Сейчас я не просила Сумрачного о помощи — я чувствовала, что он не ответит. Он и так потратил все силы, отдал мне всё, что у него было. Теперь полагаться стоило только на себя.

Перед глазами встало лицо кронпринца. Упрямый подбородок. Сжатые челюсти. Сияние ярких глаз. Мягкий шёлк волос между моих пальцев. Я точно знала, что он мог мне сказать. Я точно знала, что Шаннер Мъярг никогда бы не отступил и не бросил других, чтобы спасти себя. Я только жалела, что не могла с ним попрощаться.