Книга Я не была твоим врагом, страница 81 – Юлия Арниева

Безучастно, словно все происходило не со мной, я, кратко перечислила пережитое и замолчала. Рассеяно отвела свой взор от совершенно непроницаемого лица мужчины, только сейчас обратив внимание, как крепко были сжаты мои ладони. С трудом разжав кулаки, ощутив в пальцах болезненное покалывание, я вновь посмотрела на мужа, ожидая вердикта.

— Это многое объясняет, но не все, – задумчиво протянул Алан, в его взгляде я не видела ненависти и страха, а лишь любопытство и настороженность, – в своем мире ты была магом? Мужчиной? Женщина?

— Эм… девушкой, и нет, в моем мире нет магии, – покачала головой, признаться, не ожидая вопроса о своем поле, но вдруг вспомнила о растрескавшихся перилах, я решила быть откровенной до конца, – на лестнице Лавастин разозлил меня. Я не знаю, как так получилось…я так сильно сжала камень, что он раскрошился.

— Он это видел?

— Да, и пригрозил всё рассказать королю, если я не… – недоговорила, дернув плечом, боль в груди с каждой секундой только усиливалась, и, шумно выдохнув, продолжила, – в книге из твоего кабинета я узнала, что таких, как я, убивают, только там нет сведений почему.

— Лавастин знает, что ты подселенец?

— Нет, об этом никто не знал, но он узнал о камне и назвал это силой Дегада.

— Лавастин слишком осведомлен о старых богах, – вполголоса, будто размышляя, проговорил Алан, бросил на меня задумчивый взгляд, и чуть помедлив, словно сомневаясь, но всё же проговорил, – подселенцы, сокрушители – все они приносили в наш мир только страшный мор, реки крови, боль и страх, уничтожая страны.

— Значит, меня убьют? – сиплым голосом произнесла, выжидающе посмотрев на мужа.

— О таких, как ты, в нашем мире давно не слышали. Многое изменилось, церковники уничтожили немало одарённых, возможно, ты послана Нисан остановить это. О том, кто ты, никто не должен знать, мне нужно подумать, как сообщить о тебе его величеству.

— Лавастин, – напомнила мужу, уверенная, что «дядюшка» Таллии не применет воспользоваться новыми знаниями.

— Перемирие между Валгардом и Илантрой очень шаткое, нельзя чтобы граф погиб на территории графства Гэйр, – проговорил Алан. Встав с кресла, он в два шага преодолел разделявшее нас расстояние, – идем, покажешь место, где выплеснулась твоя сила.

— Конечно, только… здесь, – прижав ладонь к своей груди и глубоко вздохнув, я пыталась унять боль, но безрезультатно, – здесь странно распирает и всё сильнее болит.

— Это сила, – ответил муж, с неожиданной нежностью взял меня за руки и потянул на себя, невольно заставляя подняться с кровати. Он положил мои ладони на свою грудь и прошептал, – отпусти ее, тебе ничего не угрожает…

— Не могу, как? – судорожно всхлипнула: боль стала невыносимой, и я была рада избавиться от нее, но не выходило.

— Почувствуй ее, выпусти, – шептал мужчина, ласково проводя пальцами по моим рукам. И я правда старалась, красочно представляя почему-то белого цвета поток, который должен перелиться в Алана, но всё впустую.

Сосредоточившись на непонятном мне действии, я пропустила момент, когда руки мужа вдруг обхватили меня за талию и притянули к себе, а мягкие губы прикоснулись к моим плотно сжатым от боли губам…

Это было как удар молнии, как электрический разряд… Если бы не крепкие объятия Алана, нас отбросило бы в разные стороны. Но мужчина с тихим стоном лишь углубил наш поцелуй. В нем не было нежности, только жадная, ненасытная страсть, требование отдать и подчиниться. В моей груди тут же недовольно заворочалось, взбунтовалось, яростно набрасываясь на посмевшего приказывать… я едва сдерживала непреодолимое желание уничтожить того, кто дерзнул сразиться, отчаянно впиваясь в губы мужчины ответным неистовым поцелуем…