Книга Я не была твоим врагом, страница 41 – Юлия Арниева

— Давай попробуем её позвать без приказов, – промолвила я, всё ещё не понимая, о чём или о ком идёт речь. В голову сразу же пришла мысль о той, кто пугает малышку ночью, но, рассудив, что девочка не будет сама приглашать страшилку, я решила подыграть Эйли, – что она любит?

— Не знаю.

— А как её зовут?

— Огонёк… Ой! Она любит печенье! – вдруг воскликнула девочка. Буквально слетев с дивана, она в две секунды добралась до стола и, схватив с тарелки печенье, возвратилась к свече. Я же, с улыбкой проводив Эйли взглядом, вернула свой удивлённый взор на поднос, где находился полюбившийся мне завтрак, к которому добавился, судя по всему, завтрак девочки. Это надо же было так уснуть, что я не слышала, как ушёл Алан, и не заметила прихода служанки.

— Ешь! Тебе же нравятся, я видела, как ты съела одно, – ворчливый голос ребёнка вернул меня к странной игре и, вновь обратив свой взгляд на Эйли, я, едва сдерживая улыбку, проговорила:

— Идём завтракать, думаю, твой огонёк стесняется есть один.

Малышка нерешительно кивнула и, стараясь до меня не дотрагиваться, одной рукой подхватила бронзовый подсвечник, в другой продолжая держать печенье, направилась к столу. Я тоже не стала медлить и поспешила за девочкой, и вскоре мы приступили к трапезе, обе время от времени украдкой поглядывая на дёргающееся пламя. Но первой крохотную рыжую ящерку, сбежавшую вниз по свече, увидела я – не знаю, как мне удалось сдержать изумлённый крик и сделать вид, что появление из огня малютки варана это само собой разумеющееся. Я сейчас же решила, что мне необходимо как можно больше узнать о магии этого мира, в воспоминаниях Талии о необычном явлении не было ни слова.

— Не пугай, сделай вид, что не замечаешь её, – едва слышно пробормотала, успев остановить восторженный крик девчушки, – она твой Огонёк?

— Да. У папы их три, они ему подчиняются, а моя непослушная, – так же тихо прошептала девочка, удивительно умненькая и сообразительная для своего возраста.

— Наверное, она ещё маленькая, – предположила, внимательно следя за крохой, которая, настороженно посматривая на ребёнка и меня, медленно подступала к тарелке с печеньем.

— Наверное, – грустно вздохнула девочка, – как её папе показать?

— Ты не спеши, пусть Огонёк к тебе привыкнет, – ответила, продолжая одновременно наблюдать за малышкой, позабывшей о своём завтраке и с восхищением поглядывающей на своего необычного, размером с детский мизинчик питомца, и на ящерицу, которая с удивительной скоростью и невообразимой вместительностью поедала большое, с мою ладонь, печенье.

Но, к сожалению, наслаждаться приятным обществом мне пришлось недолго. Едва я допила свой отвар, Эйли всё-таки доела бутерброд, а ящерка умяла последние крошки от второго печенья, дверь с шумом распахнулась и в комнату вошёл Алан Гэйр.

— Эйли, идём!

— Смотри… – обрадованно заговорила было девочка, спеша похвастаться наверняка очень важным для неё достижением, но ящерка, увы, уже исчезла. Растерянно оглядев стол, ребёнок, стиснув кулачки, делал неимоверные усилия, чтобы сдержаться, но предательские слёзы подступили к глазам, поблёскивая на ресницах, и вскоре две крупные капли медленно покатились по её щекам. От увиденного у меня невольно сжалось сердце, захотелось прижать к себе малышку, сказать, что всё будет хорошо, но разделявший нас стол не позволил это сделать, и я лишь порывисто слегка сжала её кулачок…