Книга Я связана с твоей судьбой, страница 65 – Юлия Арниева

Это было революционное предложение. Никто в Северных землях не практиковал такой свободы.

— А что касается нашего брака… – начал он, но я перебила его.

— Оставим это, – резко сказала я, тут же мысленно выругавшись. Ненависть Леоны к Кирану была во мне еще слишком сильна. Те крохи чувств, которые возникли в избе, были еще малы, чтобы побороть то, что взращивали с раннего детства.

В его глазах мелькнуло понимание, и он кивнул.

— Конечно. Тогда давайте обсудим первые условия мира.

Мы провели в том шатре три часа, обсуждая детали возможного соглашения – каждый пункт, каждое условие, каждую гарантию. Торвин и Дункан задавали жёсткие вопросы, требовали уточнений и гарантий. Но постепенно контуры реального, работающего мира начали проясняться.

Когда мы, наконец, вышли из шатра, солнце стояло уже высоко. Обе армии с напряжением ждали результатов переговоров. Одно неосторожное движение, и поле могло залиться кровью.

— Мне нужно время подумать, – сказала я Кирану перед расставанием, – и обсудить предложения с советниками.

— Конечно, – кивнул он. – Сколько времени тебе потребуется?

— Три дня, – ответила я после размышления.

— Три дня, – согласился он. – А пока я отведу войско на лигу от ваших стен, в знак доброй воли.

Это было больше, чем я ожидала.

— Спасибо, – сказала я и направилась к своему коню.

— Леона, – окликнул он меня.

Я обернулась.

— Я рад, что ты жива, – тихо сказал он. – И что у нас есть шанс всё исправить.

Я не ответила, только кивнула и села в седло. Но всю дорогу обратно в замок я чувствовала его взгляд у себя за спиной.

Три дня пролетели как три часа. Замок жил в лихорадочном напряжении, все понимали, что от моего решения зависит судьба не только наших земель, но и каждого человека в этих стенах. Торвин созывал военный совет за военным советом, Дункан подсчитывал запасы оружия и продовольствия на случай долгой осады, а я металась между желанием поверить Кирану и холодным расчётом.

— Миледи, – сказал Торвин вечером второго дня, когда мы сидели в моих покоях за ужином, – я послал людей разузнать о том войске, что стоит в долине. То, что они рассказывают, не укладывается в голове.

— Что именно? – спросила я, отставляя нетронутую миску с похлёбкой.

— Дисциплина у них железная, – продолжал старый капитан, хмуря брови. – Никаких грабежей, никаких бесчинств. Даже за водой ходят к реке организованно, а не растекаются по окрестностям. Для армии, пришедшей мстить, это странно.

— А что говорят о самом лорде Киране? – поинтересовался Дункан.

— Вот это самое интересное, – Торвин наклонился ближе. – Говорят, что он часто смотрит в сторону нашего замка. Подолгу стоит на холме и смотрит.

Эти слова отозвались болью в груди. Я встала и подошла к окну. Там, в долине, мерцали огни лагеря Магвайров. Такие далёкие, но реальные. Как и тот человек, который ждал моего ответа.

На третий день я приняла решение.

— Собирайте совет, – сказала я Торвину утром. – Всех, кто участвовал в перевороте, и представителей от каждой важной группы в замке. Пусть услышат условия мира и выскажут своё мнение.

Большой зал, где всего несколько дней назад пролилась кровь, снова наполнился людьми. Но атмосфера была совсем иной: вместо праздничного веселья – напряжённое ожидание, вместо гостей в роскошных нарядах – суровые лица воинов, мастеровых, слуг.