Книга Я связана с твоей судьбой, страница 20 – Юлия Арниева

— Туда, – я указала в глубину леса, подальше от дороги. – Нужно уйти как можно дальше, пока светло.

Лес встретил нас прохладными объятиями и густыми тенями. Первые шаги по мягкой лесной подстилке показались блаженством после трясучей телеги, но вскоре эйфория рассеялась. Наши тонкие замковые платья, созданные для размеренной жизни в каменных стенах, совершенно не подходили для такого путешествия. Ткань цеплялась за каждую ветку, рвалась на острых сучьях, путалась в колючих кустарниках.

Эйла охала и вскрикивала, когда шипы вонзались в её кожу. Её руки уже покрылись тонкими красными полосками царапин, а из разорванного рукава торчали нитки. Но она упорно шла за мной, стиснув зубы и морщась от боли.

— Держись, – шептала я, когда она особенно жалобно всхлипывала.

Я старалась выбирать путь попроще, вспоминая давние уроки охоты с отцом. Обходила мягкую болотистую почву, где могли остаться предательские следы. Вела нас по каменистым участкам, где наши лёгкие туфли не оставляли отпечатков. Несколько раз мы переходили ручьи вброд, чтобы сбить преследователей с толку.

Вода была ледяной, а каменистое дно больно резало ноги через тонкие подошвы. Подол моего платья намок, стал тяжёлым и неудобным, но я не жаловалась. Каждая минута уносила нас дальше от замка, дальше от тех, кто хотел моей смерти.

— Госпожа, – задыхаясь, прошептала Эйла, когда мы остановились передохнуть у поваленного дерева. – Куда мы идём? У вас есть план?

Я вытерла пот со лба тыльной стороной ладони, оставив грязную полосу.

— К границе, – ответила я, стараясь говорить увереннее. – К землям моего отца. Если доберёмся до них…

— Но это же на севере, – неуверенно возразила Эйла, оглядываясь по сторонам. – А мы идём на юг.

Я резко обернулась к ней, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

— Что?

— Солнце, госпожа, – она указала на светило, которое медленно опускалось перед нами. – Мы идём от него. Значит, на юг. А земли лорда Доэрти севернее замка Магвайров.

Проклятье. В панике бегства я совершенно потеряла ориентацию. Страх затуманил разум, и теперь мы уходили не к спасению, а ещё глубже во враждебные земли. И с каждым шагом расстояние до дома увеличивалось.

— Нужно повернуть, – сказала я, но Эйла покачала головой.

— Уже поздно, госпожа. Смотрите, как быстро темнеет. В лесу ночью легко заблудиться. Лучше переночуем здесь, а утром определимся с направлением.

Она была права. Между стволами деревьев уже сгущались сумерки, и я с ужасом представила, как мы будем брести в полной темноте, натыкаясь на корни.

Мы продолжали путь, пока последние лучи солнца не растворились в листве. Ночь спустилась на лес как тяжёлый чёрный занавес, принеся с собой симфонию таинственных звуков. Что-то шуршало в кустах, ухала сова, вдалеке завыл волк – долгий, тоскливый звук, от которого мурашки пробежали по коже.

Мы нашли укрытие под корнями огромной сосны – углубление в земле, прикрытое свисающими ветвями, забились туда, как два испуганных зверька, и прижались друг к другу, стараясь согреться. Эйла дрожала мелкой дрожью, её зубы стучали от холода.

Я почти не спала, вздрагивая от каждого шороха. То мне казалось, что это шаги преследователей, крадущихся между деревьями, то что лошади фыркают совсем рядом. Эйла время от времени проваливалась в тревожную дрёму, но тут же просыпалась с испуганным всхлипом и таращила глаза в непроглядную тьму.