Книга Я связана с твоей судьбой, страница 2 – Юлия Арниева

Собрав остатки гордости, я вскинула голову, сердито нахмурила брови и метнула в него самый свирепый взгляд, на который была способна. Но моё сопротивление, кажется, только забавляло его – в серебряных глазах мелькнула насмешка, а в уголках губ появилась едва заметная улыбка.

— Ты моя, – заявил Киран с абсолютной уверенностью, словно произносил неоспоримую истину.

Его низкий, глубокий голос с едва уловимыми рычащими нотками странно взволновал меня. Это было неправильно, я не должна была так реагировать на него, но тело предательски откликалось на его слова.

— Я не…

— Моя, – прервал он, и в этом единственном слове звучала такая непреклонность, что спорить казалось бессмысленным.

Горячие пальцы мягко сомкнулись на моём подбородке и приподняли лицо так, чтобы я не могла отвести взгляд. Он снова склонился ко мне, но на этот раз коснулся губ почти невесомо, словно пробуя на вкус, словно запоминая каждую деталь. Этот нежный поцелуй был ещё опаснее страстного – он проникал глубже, затрагивал те струны души, которые я предпочла бы оставить нетронутыми.

А потом он резко отстранился, оставив меня с ощущением пустоты и странной потери. Подхватил свой тёмный плащ с высокой спинки стула и направился к двери широкими, уверенными шагами, покидая меня в полном душевном смятении – с горящими щеками, сбившимся дыханием и этим мучительным чувством незавершённости.

Дверь затворилась за ним с глухим стуком, эхо которого долго блуждало по каменным стенам. Я осталась одна в этой каменной темнице, которую он называл моими покоями. Ноги подкосились, и я медленно опустилась на холодный пол, прислонившись спиной к стылой стене. Пальцы машинально коснулись губ – они всё ещё горели от его поцелуя, всё ещё хранили вкус этого безумия, этой страсти, которую я не хотела, но не могла отрицать.

Что со мной происходит? Я должна была ненавидеть его, презирать, строить планы побега, думать о мести. Вместо этого моё тело предательски откликалось на его прикосновения, а сердце билось так, словно хотело вырваться из груди и последовать за ним.

Лёгкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть и поспешно подняться на ноги. В покои вошла Эйла, моя верная горничная, которая служила мне ещё в родном замке и была свидетелем моего детства и юности. Единственная из всех близких мне людей, кому было дозволено сопроводить меня в мрачный замок моего мужа.

— Госпожа, – тихо произнесла она, с тревогой оглядывая меня и осколки на полу. – Вам плохо?

Я покачала головой, стараясь привести себя в порядок. Осколки кружки хрустели под подошвами, а тёмная лужица отвара причудливыми разводами растекалась по серым камням пола, впитываясь в трещины.

— Ваша рука… – Эйла приблизилась, и её лицо исказилось ещё большей тревогой. – Повязка опять пропиталась кровью. Рана снова кровит. Это нехорошо, госпожа. Нужно срочно сменить бинты и обработать края.

Я машинально взглянула на левую руку. Белая ткань действительно окрасилась свежими алыми пятнами – должно быть, когда я отчаянно упиралась ладонями в широкую грудь Кирана, попытки сопротивления заставили края раны снова разойтись. Память о том, как появилась эта рана, болезненно мелькнула и тут же растворилась, как утренний туман – отголоски чужих воспоминаний, что постепенно, день за днём, смешивались с моими собственными. Битва, звон мечей, крики, боль, кровь на руках…