Книга Боевая академия: курс-на-падения, страница 72 – Надежда Мамаева

Мы дважды пытались с Керниром поймать заразу сдвоенным арканом: когда я держала один его конец, а Беглый — другой. Земля была все ближе. Осталось лишь пара ударов сердца — и нужно раскрывать тормозящий купол под ногами, если мы не хотели разбиться.

— Кернир! — заорала я, стараясь перекричать ветер. — Беру свои слова назад. Кинь меня!

Беглый лишь посмотрел на меня. Своим особым долгим, вынимающим саму душу взглядом и… чуть изменил положение тела так, что в следующую долю мига схватил меня за пояс, притягивая к мужскому телу.

— Держись! — рявкнул он мне в самое ухо и… швырнул.

Волна сырой силы ударила так, что я полетела стрелой — почти горизонтально, рассекая воздух точно арбалетный болт. Ветер, кажется, решил: самое время сорвать скальп с Рисы… Глаза заслезились. Но я не закрывала их. Впилась взглядом в гаргулью, которая стремительно приближалась.

И в ее каменных, горевших алым огнем глазах вспыхнул испуг. Похоже, сумасшедшими девицами в воздухе эту бестию еще не таранили.

— Ко-ко-ко! — возмутилась каменная, когда я на манер пушечного ядра, распахнув руки, врезалась в нее и тут же сжала ее в удушающем захвате, а потом еще и ногами обвила тушу, чтобы отпустить руки и на манер цирковой акробатки прогнуться через спину и схватить злополучный меченый хвост так, чтобы бестия не достала меня своим клювом.

Впрочем, гадине было не до этого. Она заполошно хлопала крыльями, пытаясь удержаться в воздухе с балластом в виде одной наглой адептки.

Я же изо всех сил цеплялась за каменные перья, молясь, чтобы не выдрать те… Ибо момент, когда можно активировать тормозящий амулет, был упущен. Земля оказалась уже слишком близко.

А вот хвост гаргульи начал как-то подозрительно трещать… Только не это! Конечно, достать перо из жопы гаргульи круче, чем из филея совы, но не такой ценой!

— Сжала хвост, собака! — рявкнула я.

Бестия заклокотала, возмущаясь как своим лишним весом (да, он всем девушкам не нравится, неважно, двуногие те или пернатые), так и приобщением ее к совершенно иной систематической группе. Она была не из волчьих, а из живокаменных птичьих!

Но мне на эти негодования было свысока плевать!

Гаргулья меж тем заполошно хлопала крыльями — сильно, отчаянно, пытаясь взлететь выше. Но получалось ниже. Мы медленно опускались и в конце концов приземлились. Под отвисшую челюсть всех сокомандников и тренера заодно.

Ну а что я… Мне сказали достать гаргулью — я, как профессионал, выполнила заказ!

Правда, кажется, и сама каменно-пернатая была от подобного то ли в легком шоке, то ли в тяжелом позоре. Но так или иначе, решила, как светская дама, уйти красиво и в обморок. В смысле, притвориться камнем и рухнуть вниз. На меня.

Я лишь чудом успела среагировать и отпустить ее перья, дернувшись в сторону. И тут же на землю упала каменная статуя. Едва меня не придавила, паразитка! Хотя… Может, на то и был расчет!

Первым пришел в себя тренер. Кстати, я наконец, пока возилась пузом по мокрой глине, узнала, что его зовут Врануш Милошевич. Там же мне представилась и вся пятерка (вернее, четверка, Кернира я и так знала). Так что можно сказать, что познакомилась с командой в процессе грязных делишек.

— Неплохо, снабженец, — бросил наставник, глядя на мою закаменевшую добычу. — Может, из тебя и вправду что-то и выйдет.