Книга Боевая академия: курс-на-падения, страница 35 – Надежда Мамаева

Тихо возьми нужное, тихо оглуши нечаянного свидетеля, тихо прикопай его, если что… Хотя последнее — уже к гильдии убийц, а не воровской. И однозначно (неважно, к какой из этих двух братий принадлежишь) — тихо отпразднуй. Ибо незачем оповещать законников о своей удаче.

Вот и сейчас я решила, что шороху и суеты навести еще успею. А пока стоит попробовать договориться. Интересно, какая у этого призрака сходная цена за то, что он унесет тайну нашей встречи в могилу, в которой уже и так пребывает?

Помнится, у кладбищенского духа, с которым я как-то раз сторговалась, было всего-то желание напугать его живую тещу…

Я замерла, глядя на воинственно плывущего ко мне духа.

Это был старик. Высокий, сутулый, в длинной мантии, которая волочилась за ним, не касаясь пола. Лицо — белое, как пергамент, с глубокими морщинами, будто кто-то смял и разгладил его сотню раз. Борода — длинная, клинышком, седая. И белесые глаза, полыхавшие правленым гневом.

— Адептка, — голос призрака звучал, как скрип несмазанной двери, — вам известно, который сейчас удар колокола? Уже поздно! Библиотека закрыта!

— Учиться никогда не поздно! — бодро возразила я прописную истину полупрозрачному старику.

— Только похоже, вас, юная госпожа, ничему вовсе в академии не научили!

— Почему же ничему? — показно удивилась в ответ. — Я, например, отлично усвоила, что из меня аховая адептка. И хочу эту ситуацию исправить. А с ней — и оценки!

— Для этого есть рабочие часы библиотеки. Они обозначены на таблице, висящей перед центральным входом. — душевно так (в смысле, вынимая души из живых тел), заунывно и скрипуче протянул призрак. — И я, как смотритель, хочу…

— А я, как адептка, хочу взять монографию Милорада Краля! И даже ваша смерть и почтение к ней меня не остановят! — переубедила полупрозрачного, поняв, что передо мной самый страшный тип призраков — зануда. Причем не из тех, которые на вопрос «как дела?» и вправду начинают оные описывать. Нет. Библиотекарь явно принадлежал к когорте милых душек, рядом с которыми форточку открыть тотчас охота.

— Ну это уже наглость! — надув щеки, протянул полупрозрачный.

— Наглость — это не выполнять свои служебные обязанности, — парировала я.

— Я как раз их и блюду! — выпалил призрак, возмутившись нахальству некоторых прохвосток.

— А как же оказывать полное содействие в учебном процессе всем адептам? — процитировала я строки из устава академии. Эх, все же не зря куратор мне эту брошюрку сунул, а я, в свою очередь, в оную — нос.

Призрак поперхнулся вдохом, хотя воздух для дыхания ему вовсе и не был потребен. А я же решила ковать железо, пока горячо, хватать добро, пока оно без призору, и добивать уже почившего старика напором:

— Мне очень нужна эта книга, господин библиотекарь! Прямо позарез! Я ее завтречка с утра верну. Никто не заметит даже, что она не здесь ночевала!

— А раньше не могла зайти? — сварливо протянул мертвый.

— А раньше я заселялась. Сегодня только перевелась из приграничья, — ничуть не смутилась такому вопросу. Наоборот, обрадовалась. Если дух от простого старческого брюзжания перешел к тому, чтобы чем-то поинтересоваться, это отличный шанс наладить диалог. — А конспект к завтрашнему дню нужен сдать по «Основам полевой артефакторики»… — я полезла в сумку, чтобы свериться с листом, выданным куратором, и по нему зачитала: — Профессор Старвиш дал задание.