Книга Телохранитель дракона, страница 138 – Ирина Андреева

Мой дракон по-прежнему пребывал без сознания. Я поцеловала его в губы, понадеявшись, что старый трюк сработает. Но нет, пробуждения не последовало. Может потому, что он не в облике человека или играет роль то, что он не спит, а может… Нет, даже думать об этом страшно. У меня ещё теплилась надежда, что ему можно помочь. Хоть какая-то частица разума должна сохраниться в голове ящера! По крайней мере, я очень хочу, чтобы это было так.

Я прилегла рядом, прислонившись головой к его мощной груди. Сердце его стучало медленно, ритмично, звуком каждого удара отдаваясь в моей груди.

Я уже не думала о том, что будет, когда он придёт в себя, лишь бы очнулся вообще.

Довольно быстро посветлело небо. Если раньше источником света были лишь остатки догорающего леса, позволяющие видеть очертания предметов, то сейчас стало всё отлично видно благодаря рассвету.

Вид выжженной травы с торчащими из земли потухшими головешками на другом берегу реки вызывали удручающее настроение.

Задорно щебетали утренние пташки, порхая туда-сюда, немного разбавляя унылый пейзаж радостными красками.

Одна маленькая птичка, размером с воробушка, только очень яркая — оранжевого цвета — уселась дракону на нос.

— Чирик-чирик-чик-чик, — говорила она, глядя на меня, невольно вызывая улыбку.

Секунда! И птички не стало! Неожиданно проснувшийся дракон съел бедняжку. Просто одним лишь «хам» и всё! Словно и не было её вовсе!

От изумления и ужаса я уставилась на ящера.

— Зачем?! — Глухое чириканье послышалось из его пасти, свидетельствуя, что птичка ещё жива. — А ну выплюнь! — скомандовала я строгим тоном, как своей собаке. — Отдай сейчас же! — попыталась руками раскрыть пасть дракону.

— Р-р-р-р-р, — зарычал он, поднимаясь, но пасть так и не раскрыл.

— А ну открой, сказала! — разозлилась я и ударила кулаком дракону в грудь.

— Ар-р-р-р-р-р-р-р-р-р! — зарычал Дариан сильнее и наконец-то раскрыл пасть, чтобы издать более устрашающий звук.

Испуганная и мокрая птичка, пронзительно вереща, выпорхнула из страшного плена и, отлетев на приличное расстояние, села на землю, встрепенулась, просушивая пёрышки.

Не обращая на неё внимания, ящер, грозно рыча, стал надувать грудь, чтобы «одарить» меня порцией огня.

Гонимая инстинктом самосохранения, я попятилась и, споткнувшись, упала на пятую точку.

Я могла бы перевернуться и быстро вскочить на ноги, благо натренирована за годы обучения боевому искусству, но не стала этого делать. Не знаю почему. Может потому, что понимала, что убежать от разъярённого дракона невозможно? Или подсознательно ещё продолжала надеяться, что Дариан не причинит мне вреда?

С замиранием сердца и дыхания я наблюдала, как ящер приближается и нависает надо мной. Мгновение, и он выдохнет на меня огонь. Я даже ощутила жар от пламени, скопившегося в его горле.

Неожиданно для меня вспомнились слова Дремелиана: «Он прекрасно понимал, что я сильнее его, но всё равно нападал. Так даже одичавшие не делают».

«Одичавшие так не делают», — повторила про себя, как бы убеждаясь в правильности возникшей мысли. — «Значит, он не одичал! Он просто хочет выглядеть одичавшим, чтобы отпугнуть меня. А вот уж дудки!»

Обхватив шею дракона, я притянулась к нему и прижалась так крепко, словно он — вся моя жизнь.

— Р-р-р-р-р, — недовольно прорычал мой драконище и попытался оторвать меня от себя.