Книга Право имею, страница 43 – Айлин Лин

— А подписи? — спросила я.

— Если подписи ваши, будет уверять, что вы дали согласие добровольно. Если поддельные, скажет, что не видел, не знал, доверился управляющему или письмоводителю. Он будет отрицать не всё дело разом, а каждую мелочь отдельно.

Я посмотрела на Михаила, потом снова на Петра.

— Я готова к долгому разбирательству, господа. Так просто Горчакову не отделаться.

В этот момент в малую гостиную вошёл Парфён и негромко доложил:

— Александра Николаевна, к вам Ольга Аркадьевна.

Интересно, а это ещё кто такая?

— Просите.

Женщина, вошедшая в гостиную, была совершенно ничем не примечательна.

Ей могло быть и двадцать пять, и тридцать пять, вот так сразу я бы точно ни за что не определила. Чуть выше среднего роста, худощавая, в простом тёмном пальто и тёмно-серой юбке. Лицо овальное, без выраженных черт, кожа бледная и ровная, глаза карие, спокойные. Волосы убраны под аккуратную тёмную шляпку. Она негромко поздоровалась, и даже голос был… невнятным.

— Александра Николаевна, Михаил Константинович, позвольте представить вам Ольгу Аркадьевну Лужину, — сказал Пётр, поднимаясь. — Отдельно хочу попросить вас не задавать Ольге Аркадьевне вопросов о её прошлом. По делу нашему она здесь, и этого достаточно.

— Хорошо, — легко согласилась я, скажу честно, жуть как было любопытно, разузнать об этой женщине хоть что-то, но Громов просто так ничего не делал и не просил тоже.

— Ольга Аркадьевна, — обратился к ней Пётр, — покажите, прошу вас, на что вы способны.

— Да, конечно, — кивнула она. — Где можно переодеться?

Я повернулась к Моте, стоявшей у двери:

— Матрёна Ильинична, проводите, пожалуйста, Ольгу Аркадьевну в маленькую гостевую. Принесите туда всё, что она попросит.

Няня кивнула и вышла вместе с гостьей. Та несла в руке кожаный чёрный саквояж средних размеров, явно тяжёлый — я заметила, как она, дойдя до порога, с усилием перехватила его другой рукой.

Когда дверь закрылась, Михаил полюбопытствовал:

— Пётр Ильич, а что это за дама?

— Александра Николаевна вас не просветила? — вопросом на вопрос ответил поверенный.

— Если честно, я и сама забыла о своём двойнике, — извиняющееся пожала плечами я.

— Двойник? — ещё выше приподнял брови дядя.

— Да. Погодите немного, вскоре сами увидите, Михаил Константинович, на что способна Ольга.

— Интригуете, Пётр Ильич, — хмыкнул Оболенский.

Адвокат, улыбнувшись, повернулся ко мне:

— Кстати, Александра Николаевна, у меня для вас есть сообщение от Штейна.

— От Штейна? — я удивлённо вскинула брови.

— Точнее, от его поверенного. Доктор предлагает вам деньги.

Я молча смотрела на Громова, ожидая продолжения.

— Не «за молчание», разумеется, — криво усмехнулся он. — Формулировка куда приличнее: на лечение и добровольное возмещение причинённого вреда.

— Я так понимаю, с надеждой, что я не стану добиваться отдельного гражданского иска и вытаскивать на публику все «прелести» пребывания в его лечебнице?

— Именно, — чёрные глаза одобрительно сверкнули. — Уголовного дела вы уже не остановите. После показаний Фрезе и Пчелина это не частная ссора между вами и доктором. Но подать гражданский иск вы в полном праве. Впрочем, как и не подавать. Можете принять деньги как добровольное удовлетворение части требований. Только расписку придётся составить очень аккуратно, чтобы не вышло, будто он купил ваше молчание.