Книга Случайный рецепт одной любви, страница 3 – Лия Малинина

На следующий день, ровно в семь вечера, в мою дверь позвонили. Я как раз заканчивала украшать очередную партию эклеров и вытирала руки о фартук.

Я глянула в глазок. Сердце сделало какой-то кульбит, когда я узнала широкие плечи и темную макушку соседа.

Медленно открыла дверь, стараясь выглядеть максимально безразличной.

— Добрый вечер, — сказал он. Без вчерашнего высокомерия в голосе он казался не таким уж и напыщенным ослом. — Я пришел вернуть тарелку.

— Могли бы просто оставить у двери, — ответила я, скрещивая руки на груди.

— Мог, — согласился он, — но не стал этого делать. Спасибо за капкейки.

Я не ожидала благодарности. Честно говоря, я ждала продолжения банкета, а именно новой порции снисходительных комментариев из рода: «неплохо для любителя» или «есть к чему стремиться».

— Пожалуйста, — ответила сухо.

Он помолчал секунду, переминаясь с ноги на ногу, Святослав явно не привык просить.

— Слушай, — сказал он вдруг, и от этого неожиданного “ты” у меня брови поползли вверх. — Можно войти?

— Не помню момент, когда мы перешли на “ты”, — съязвила я и сжала губы.

Я хотела отказать, вот правда. У меня не было ни малейшего желания пускать в свою квартиру этого самоуверенного ресторатора, который вчера стал свидетелем моей панической атаки, а потом еще и добил фразой про домохозяек.

Но против моей воли, мои губы предательски произнесли:

— Ладно, заходи, только разувайся.

Он шагнул внутрь, с интересом оглядываясь по сторонам. Моя квартира была маленькой, но уютной и в ней пахло ванилью и корицей. На кухне выстроились рядком баночки с посыпками, на подоконнике остывал шоколадный ганаш.

Святослав прошел в гостиную, остановился в центре и огляделся. Тарелку аккуратно поставил на журнальный столик.

— Ярослава, — начал он, поворачиваясь ко мне. — Я вообще не любитель сладкого, но съел все твои капкейки.

— И? — я приподняла бровь. — Угрожаешь теперь подать в суд за нанесенный ущерб твоей спортивной фигуре?

Он не улыбнулся. Он смотрел на меня серьезно, даже немного хмуро.

— Я вчера наговорил глупостей. Прости.

А вот это было неожиданно. Я промолчала, давая ему возможность продолжить.

— Но меня правда мучает один вопрос, — сказал он. — Какой секретный ингредиент ты добавила? Тесто невероятно воздушное. У меня в ресторане работают четыре кондитера с профильным образованием и большим стажем работы, но никто из них не готовит так вкусно.

Я внутренне усмехнулась. Значит, все-таки зацепило.

— Секретный ингредиент? — переспросила я, делая шаг к нему и заглядывая в глаза. — Может, любовь? Или щепотка гордости за то, что я все-таки не домохозяйка, а профессионал?

Он нахмурился.

— Я серьезно. Расскажи.

— А я серьезно отвечу, — я почувствовала, как во мне закипает то самое вчерашнее раздражение, которое я так старательно глушила шоколадом и яйцами. — Не гоже, Святослав, хозяину ресторана спрашивать советы у какой-то домохозяйки. Вы же сами вчера сказали — таких, как я, у вас целый штат. Вот и спросите у них.

Он сжал зубы и я заметила, как нервно дернулся его кадык. Похоже, не привык мужик, чтобы с ним так дерзко разговаривали. А я тоже себя не на помойке нашла.

И после развода вот с таким же высокомерным снобом, решила больше не молчать и не засовывать свое мнение во всем известное место.