Онлайн книга «Фрейлина. Выбор»
|
— Полагаю, все дело в вероисповедании. Его свобода оговаривается государевым указом отдельно, но… — Но… — Но офицеров и унтеров, опекающих детей, поощряют всеми мерами… — Ясно! — выдохнул Костя, — не продолжайте, я уже понял — детей легче склонить к обращению в православие. А скажите еще — выкрестам полагаются какие-то преференции? Их жизнь и служба становятся потом существенно легче? — Они становятся равны прочим, — прозвучало из темноты, — сейчас зажгу свечу… — То есть… и не особо, так ведь? — нервно хохотнул Костя, — тогда остается только представить, какими методами достигаются результаты. А поощряют всеми мерами — это ведь и деньгами? Ну да — что это я, все и так ясно… Шесть лет? Полагаю, за шесть лет сменить веру соглашаются все. — Статистики нет, но думаю да — почти все, — ровно согласился губернатор, — возможно все это очень разумно, Константин Николаевич. В своих общинах они часто и языка-то русского не знают. — Дети? До какой-то поры — безусловно. Как и татары, как и чухонцы… Благодарю вас, Дмитрий Гаврилович. Полагаю, что не имеет смысла интересоваться, какие именно семьи освобождаются от призыва, — вспомнил он мастера-шлюпочника. Понятно было и так — купцы, банкиры, ценные мастера и обязательно старшие этих… как их — кагалов? — В том числе учащиеся казенных училищ, — будто прочел его мысли Бибиков. — Только на время учебы полагаю, — вздохнул Костя и резко прищурился — слабый свет свечи резанул по глазам: — Черт! Простите, господа… ох и темны ночи в ваших владениях, господин генерал-губернатор, — попытался он слегка сбавить тон разговора. — Есть такое. Благодарю вас за визит, рад был быть полезным, — слегка склонил голову хозяин, — приглашаю вас отдохнуть после долгого дня, Константин Николаевич, Виктор Арсеньевич. Уже и комнаты для вас приготовлены. Смысла ехать через весь город к гостиному дому не вижу, но… все на ваше усмотрение. Сопровождающих предоставлю, если надумаете, но София Сергеевна будет рада накормить вас завтраком — уже распорядилась, — взял Бибиков в руку свечу, поднял ее чуть выше... С ней окружающая ночь стала и вовсе непроглядной. На теплый свет полетели какие-то мошки, возникая в воздухе вдруг и будто ниоткуда. Из открытой беседки быстро улетучился запах табака и потянуло ночной свежестью, а еще будто какими-то цветами… Сделав последний пассаж, рояль в доме умолк. — Софья Дмитриевна прекрасно музицирует, Шуберт в ее исполнении идеален и… я благодарю вас, Дмитрий Гаврилович! С удовольствием воспользуемся гостеприимством вашей семьи. Не так ли, Виктор Арсеньевич? — Согласен. И благодарен… На следующий день в дорогу собрались прямо с обеда, посмотрев-таки перед этим как закладывают будущий Ботанический сад. — Здесь будут расти и каштаны, обязательно, — обещал губернатор, оглядываясь вокруг: — Только сорт нужен другой… возможно, с несъедобными плодами. Но разве же в них красота? А еще обещал уже у кареты, провожая гостей и крепко пожимая руку гостю: — Сделаю. Обещаю, Константин Николаевич — будто невзначай, элегантно и тонко… вот только продумаю все, как следует. Знать будем только вы и я — клянусь честью, — и четко склонил густо седеющую уже голову. Сразу за городом потянулась роща, следом глухая пуща… дальше открылись черные поля, пошли светлые мазанки и соломенные крыши села… опять поля, леса… |