Книга Четыре шага в бреду, страница 37 – Евгений Таганов

За едой мыли кости хозяйкам «Павла», историческим реконструкторам, редакции «Светлобеса». Потом перешли с мороженым в гостиную, и Алекс включил «глушилку».

— Мне уже страшно, — весело осклабился Жорка. — Это как-то связано с твоей поездкой в Москву?

— В общем-то, да. Но мне пообещали, что уже завтра эта угроза может как-то рассосаться. Я о другом. Мне поступило предложение возглавить некий московский клуб и превратить его в расширенную версию «Биремы».

— Я же говорил, что у нас классный клуб, а ты: «мелко, клипово, скучно», — воскликнул Хазин. — А как возглавить? Под чьим-то контролем или как? Если под контролем, то лучше «нет». Никаких денег не стоит, чтобы тебя на вшивость проверяли.

— Значит, ты «за»?

— В смысле, мне поехать с тобой в Москву? В командировку — да, насовсем — нет. Куда же я от своего Буцефала и ликбеза. А что тебя так смущает?

— Что там тридцать — сорок больших помещений, и штат тоже соответствующий.

— Ну и что?

— А то, что в «Бирему» я внедрился, как их освободитель от бандюганов, и все было шаг за шагом. А тут я приду — и сорок рыл будут просвечивать меня с фигой в кармане.

— И что? — Жорка не видел в этом ничего страшного. — В морду пару раз дашь самому борзому, остальные тут же хвост подожмут.

— И дамам тоже?

— Знаешь, как режиссер говорит труппе в начале театрального сезона: в этом сезоне моей фавориткой будет Маша Пупкина, остальных прошу не напрягаться. Наверняка там есть хоть одна симпапончик. Мне ли тебя учить. Взбодришь дам и пустишь их по ложному следу. Только зауважают тебя за прямоту и конкретность. Да не переживай ты как девственница перед первой брачной ночью. Взял и все сделал, какие проблемы!

Действительно, какие проблемы — Алексу от его бодрости стало легко и весело. Он попробовал было рассказать Жорке об «Арго» более подробно, но тот замахал руками:

— Когда скажут готово, тогда поедем и всех уроем. А сейчас не хочу даже слушать.

Как это было похоже на его собственное: приду и всех победю.

— Ладно. Насчет твоего замка. Я три часа назад подписался на еще один филиал «Биремы». Стало быть, свободных денег у меня сейчас нет.

— А это? — Хазин указал на конверт Сабины, лежащий рядом с сейфом.

— Ага. Как же! В общем, подписывай под это дело всех ратоборцев с живыми деньгами, тогда даю отмашку. Хотя, думаю, мало кто согласится.

— Это почему ты так думаешь?

— Потому что и в простых боях травм более чем достаточно, а ты хочешь, чтобы их с осадных лестниц сталкивали и на голову им что-то лили, и из луков лупили. Сначала, может, и согласятся, а потом точно задний ход дадут.

— Ну и отлично, что задний. Зато у нас будет полноценный замок, как суперместная достопримечательность, и через год мы своими силами снимем постановочный фильм про этот штурм. Ты когда-нибудь слышал про киношный монтаж? Нарисуем и разбитые головы, и стрелы, торчащие из груди.

— И потом куда такой фильм?

— Ну ты что, я настолько вперед думать не умею, — взмолился Жорка.

Говоря Алексу, что через два дня со «Скамейкиным» все может решиться, Зацепин имел в виду следующее. Допрос трех сотрудников службы безопасности «Элиса», что работали при Лавочкине, дал некую зацепку. Один из них вспомнил, что как-то подвозил шефа в «адрес», про который Лавочкин обмолвился, что здесь живет его любимая кузина. Остальное было делом техники. Призвав на неформальную помощь знакомых фээсбэшников, майор раскопал не только адрес любимой кузины, но и то, что ей на днях исполняется пятьдесят лет. Так как у кузины были больные ноги, легко предполагалось, что из квартиры в свой юбилей она никак не выдвинется, стало быть, ее кузену есть резон самому наведаться к ней с тортом и букетом цветов. Вопрос был лишь в том, захочет ли тайных дел мастер тусоваться там с подружками своей сестры или придет отдельно.