Книга Четыре шага в бреду, страница 134 – Евгений Таганов

— Дай мне свою стрелялку, — попросил Алекс Вадима, тут же проверил обойму (она была полна). — Ты тоже свою достань (это — Нилу). И наручники тоже.

От больницы до девятиэтажки было кварталов пять, ну не пешком же раненому мафиози передвигаться. И точно: с противоположного конца во двор въехал знакомый неказистый «опель» и затормозил возле первого подъезда. Из нее выбрались Тарасыч и пугало Макар и поспешили к двери.

— Берем! — скомандовал Алекс и, прикрываясь зонтом, рванул двадцатиметровку, Нил и Вадим спешили чуть позади.

Спасибо домофону — дверь подъезда открылась не сразу, что позволило троице ворваться внутрь сразу за «клиентами». Макара Алекс рванул за шею назад в руки Нила и Вадима, сам же, приобняв рукой Лавкина, приставил ему под нос «Макарыча»:

— Тихо, тихо, подельник, а то будет больно.

Ошеломленные быстротой захвата, «клиенты» о сопротивлении не помышляли: сопели в две дырочки и молчали. С трудом втиснулись впятером в малый лифт.

— Этаж? — процедил Алекс.

— Девятый, — выдавил Тарасыч.

Поехали на девятый. На площадке у входа в квартирный тамбур стоял Вася Белкин, гостеприимно ждал прихода мафиозной пары.

— Руки поднял! — приказал и ему Алекс. Вася даже не очень удивился, на автомате делал все весьма послушно.

К счастью, в квартире больше никого не было. Трехкомнатная с совдеповской мебелью, она выказывала свой дешевый съемный статус. Надев на Васю с Макаром наручники, налетчики чуть расслабились. Свежая белая нашлепка на скуле Лавкина показывала, что лечение проходит успешно, но все равно вид был совсем не атаманский.

— «Ну што, поговорим о делах наших скорбных?» — Алекс не сразу вспомнил, откуда всплыла эта симпатичная цитата. — Как-то вы, дорогие товарищи, нарушаете наши договоренности. Я весь такой доверчивый и наивный жду звонка, а звонка нет.

— Просто я еще не успел определиться, кого тебе выделить, — оправдательно выдавил из себя Табуреткин.

— И позавчера не могли, и вчера, и сегодня уже полдня прошло.

— Только из-за этого такой шум?

— Ну а кто несчастного Соника его старенькой маме совсем мертвым подкинул?

— У него просто сердце остановилось.

— А по какой причине оно остановилось?

Ответом ему было риторическое молчание.

— И насчет второго транша вопрос имеется. Может, совсем его решили скрутить?

— Еще двух недель не прошло, — снова извинился Лавкин.

— Рассказываю любимый анекдот. В свое имение приехал из Москвы барин. Идет по парку, все ему нравится, вот только через ручей захотел, чтобы мостик сделали. Все, барин, будет, говорит приказчик. Через месяц барин приезжает, идет смотреть — мостика нет. Он, ничего не говоря, хрясь приказчика тростью. Идет на следующий день, смотрит — мостик стоит. «Чего ж ты раньше его не сделал?» — «Настоящей команды не было, барин».

Вася Белкин коротко хохотнул, Лавкин и Макар еще больше помрачнели. Вадим и Нил целиком превратились в слух и внимание. Алекс направился на кухню. Через минуту вернулся в кухонном фартуке с разделочной доской, полотенцем и ножом-секачом. Положил разделочную доску на крышку комода, включил погромче телевизор и сделал знак своим подручным, те нерешительно переглянулись, но все же схватили с двух сторон Лавкина и подтащили к комоду.

— Не-не-не! — заверещал тот.

Несмотря на отчаянное сопротивление, его правая рука оказалась на разделочной доске, удар секача — и полпальца отлетели на ламинат. Вася с Макаром, скованные за спинами наручниками, оставались лишь безмолвными зрителями.