Книга Кодекс Рода. Книга 4, страница 4 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

Семен с облегчением выдохнул, прижал руку к груди и засеменил на кухню ставить чайник, а я разделся и залез в ванну. Воспоминания и мысли Алмазова, беспрерывно крутились в голове. Я видел его самые жуткие и омерзительные поступки, поэтому не мог никак успокоиться. Он заслуживал смерти. Только так он мог искупить вину за все те ужасы, что творил.

Начал он свою преступную жизнь довольно рано. В восемнадцать лет он отравил родного отца, чтобы получить наследство. Затем собственноручно зарезал дядю, тетю и двоюродную сестру, чтобы заполучить их фабрику. Остальные убийства и насилие творились чужими руками, но Алмазов принимал в них непосредственное участие.

Дальше — больше. Он не гнушался ничем, и вскоре собрал вокруг себя всех местных бандитов, отморозков и профессиональных киллеров. По его приказу мучали и убивали целые семьи, лишь бы получить желаемое: землю, производство или собственность. Но теперь, наконец-то, пришел конец его бесчинствам. И я был этому очень рад. Оставалось только найти способ стереть из памяти его воспоминания.

Едва я погрузился в воду, как услышал глухой стук. К нам кто-то пришел. Я вынырнул и прислушался.

— Рома уже вернулся? — прозвучал звонкий Евин голосок.

— Да. Роман Степанович принимает ванну, — ответил Семен.

— Отлично! Мы подождем его в гостиной.

Я не хотел заставлять друзей ждать, поэтому выбрался из ванны, надел теплый домашний костюм и пошел в гостиную. Едва я показался в дверях, Ева бросилась мне на шею и страстно поцеловала.

— Мы так за тебя волновались, — прошептала она и прижалась к моей груди.

Егор и Сухарь сидели за столом и пили горячий чай с шоколадным печеньем.

— Не томи. Расскажи нам про Алмазова, — попросил Егор набитым ртом.

— Погодите, только Филе позвоню.

Я опустился в кресло напротив горящего камина и набрал номер Фили.

— Рома, здорова! Поймали Гиенова? — услышал я его радостный голос.

— Кого? — не понял я.

— Максим Ильича, кого же еще? Ты же сам сказал, что он Алмазов.

— А-а-а, точно, Гиенов! Я просто уже свыкся с тем, что он Алмазов. Поймали, не волнуйся.

— Я и не волнуюсь. Меня больше интересует, что теперь будет с моей работой?

— Пока не знаю. Поживем-увидим. Скорее всего, передадут временное управление его хозяйством государству, а потом уже будут решать, что делать.

— Так, мне завтра ехать на работу или нет? — озадачено спросил он.

— Конечно, езжай. Работники как работали, так и должны работать вне зависимости от того, что творится в руководстве.

— Понятно, но у меня еще один вопрос к тебе.

— Слушаю.

— Зачем Гиенов взял меня на работу? Чего он от меня хотел?

— Ты же сам говорил, что он постоянно у тебя обо мне спрашивает. К тому же он мог воспользоваться тобой, если бы с таксистом ничего не получилось.

— С каким еще таксистом? — удивился он.

Только теперь я понял, что в последнее время мы виделись редко и он не был в курсе того, что происходит. Я не стал его пугать рассказами о похищении и записке, в которой мне пригрозили присылать куски тел, поэтому сказал, что у меня гости, попрощался и положил трубку. Главное, что все живы и здоровы.

Во время завтрака я все рассказал своим друзьям. Они неотрывно смотрели на меня и только изредка покачивали головам, будто не верили своим ушам.

— М-да, ну и ночка выдалась у тебя, — после минутной паузы выдавил Егор.