Книга Кодекс Рода. Книга 3, страница 50 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Что⁈ Ты, щенок, соображаешь, что говоришь? Кто ты такой, чтобы накладывать долг на наш род? Убирайся из нашего дома, иначе тебя ногами вперед вынесут! — он сжал кулаки и потряс ими.

Я понял, что нет смысла решать вопросы с Родионом, если главой рода является его дед, поэтому представился и в красках описал, как по заказу его внука, подожгли наш загородный дом, в котором предварительно заперли меня со слугой. Дед тут же остыл и спросил об этом Родиона. Тот подтвердил мои слова и сказал, что действовал по приказанию своего непосредственного начальника князя Сапсанова.

— Я ведь доверял Его Высочеству, когда отправил тебя к нему на службу. Думал, что он из тебя человека сделает и по службе продвинет, а он вон какими делами тебя заставляет заниматься. Граф, вы вправе сделать так, как посчитаете нужным, потому что здесь полностью наша вина. Мой внук еще молод, поэтому идет на поводу, а я, видно, недостаточно времени уделял его воспитанию. Поэтому если вам за нанесенное оскорбление нужно лишить кого-то головы, то убейте меня. Я несу ответственность за свой род, — старик склонил голову и напрягся, ожидая удара.

— Нет, дед, не надо. Это я виноват. Граф, убейте меня, — взмолился Родион, пытаясь оттолкнуть деда.

Я не знал, как поступить, так как в первый раз за всю мою жизнь, кто-то добровольно просил меня убить его. Нет, это, конечно, очень трогательно, что родные люди готовы пожертвовать собой ради другого, но мне-то что с этим делать? Убить обоих?

Увидев, что я медлю, глава рода поднял голову и предложил:

— Не убивайте моего внука, а я полностью возмещу вам ущерб. Еще и с процентами. Никуда ходить не надо, у меня все в сейфе. Мы сами копили на новый дом, но я отдам эти деньги вам. Договорились?

— Хорошо. Но сначала озвучьте сумму, а то вдруг ваших денег хватит лишь на то, чтобы построить забор.

— Пойдемте в мой кабинет.

Он отправился вперед, а я взял Родиона за шкирку и потащил за собой. Пока они со мной не рассчитаются, я его от себя не отпущу.

Кабинет был небольшой, поэтому в него влезли только стол, кресло, этажерка и громоздкий шкаф. Дед Голубинского снял ключ с шеи и открыл сейф. Как, оказалось, накопил он достаточно много. Здесь явно хватило бы на особняк, не то, что на загородный дом. Он аккуратно сложил деньги в чемодан, сверху положил длинную нить жемжучного ожерелья и протянул мне.

— Простите, пожалуйста, Ваше Сиятельство, моего нерадивого внука. Он не посмел воспротивиться воле Сапсанова, поэтому поступил так, как поступил. Примите эти деньги и сохраните ему жизнь.

Я выложил жемчуг и пару пачек денежных купюр, отпустил Родиона и направился на выход к двери. Дед оказался достойным человеком, и я просто не хотел их оставлять без средств к существованию. Особенно учитывая, что его жена больна. Того, что я забрал с лихвой хватит на новое имение. Сверху до сих пор доносились крики старухи, но уже не такие яростные.

Сев в машину, я описал водителю, как выглядит дом Сапсанова. Он кивнул, завел двигатель и поехал. Примерно через полчаса мы остановились у ворот с красными птицами. Я подошел к воротам и потянул их, но они были заперты. Осмотревшись, я увидел кнопку звонка и нажал на нее. Через несколько секунд из парадной двери выскочил дворецкий и со всех ног бросился ко мне.