Книга Личный аптекарь императора. Том 10, страница 58 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Вы правы. Заразу выпускать в город никак нельзя. С этого момента весь персонал, что работает с чахоточными, не имеют права покидать здание лечебницы и взаимодействовать с другими, пока я не нашёл лекарство от недуга, — строго сказал я, надевая халат.

— Все-все, или есть исключения? — осторожно спросил он, наверняка имея в виду себя.

— Все-все! — я многозначительно посмотрел на него.

Как только мы подошли к лестнице, ведущей в подвал, я услышал тяжелый, лающий кашель.

— Почему в подвале? — спросил я, когда мы оказались у тяжелой двери.

— А куда нам ещё их всех разместить? На других этажах лежат больные. Мы не хотим их заразить, — развёл руками Авраам Давидович.

Я кивнул и потянул дверь на себя.

Вообще-то подвал лечебницы был выложен плиткой и походил на лабораторию, но обычно его использовали, насколько я знал, для хранения различной мебели, коробок с документацией и прочим хламом. Сейчас же здесь в ряды стояли кровати. Большинство их них сейчас пустовало, но человек десять уже заняли места. Они кашляли, и при каждом кашле салфетки в их руках окрашивались в красный цвет.

— Какие ещё симптомы? — спросил я.

— Как ви уже успели заметить, кашель сопровождается кровяными выделениями. Также больные жалуются на упадок сил, боль в груди, потливость. Температура не повышается выше тридцати восьми градусов, поэтому мы пока не используем жаропонижающее. Надеемся, что собственный иммунитет поможет нам справиться с напастью.

— Эти люди работают в рудниках или в анобласти? — уточнил я.

— Нет. Первый пациент, с которого всё началось — это девочка восьми лет, — лекарь указал на самую дальнюю кровать, где лежал ребенок. Рядом с ней сидела обеспокоенная мать и прикладывала ко лбу дочери мокрое полотенце. — Она подобрала на улице мышонка и принесла домой. Правда, как потом узнали, это был совсем не мышонок, а детёныш маназверя.

— Понял. Ну ладно, приступим.

Я прямиком двинулся к девочке, хотя уже знал, с чем столкнулся, и был этим очень озадачен. Однако первым делом надо проверить состояние ребенка и постараться снять симптомы.

Для создания лекарства придётся потрудиться, ведь это даже не болезнь, а отравление. Похоже, впереди меня ждет не одна бессонная ночь.

Я почти сразу определил, что это не микроб или вирус, а отравление. Притом яд, проникая в лёгкие, распространяется точно также, как и любая заразна болезнь. Ребенок, кашляя, заражал всех вокруг. Как рассказала мать девочки, сначала они подумали, что ребенок просто немного простудился, поэтому бабушка брала её с собой в магазин, в гости к подруге, ездила с ней по делам. Хорошо хоть они не отвели её в детский сад, где она могла заразить остальных детей. А так заболели только взрослые, с которыми она сталкивалась в магазине, в гостях и даже на улице.

В лаборатории лечебницы я приготовил средство, облегчающее дыхание и заживляющее внутренние раны и велел напоить им всех больных, а сам вознамерился ехать в Новгород. Ведь моя внутренняя лаборатория мне почти сразу подсказала, что из тех манаросов, что у меня есть, я не смогу создать противоядие. Зато его можно создать из эфира самого маназверя, а точнее из его крови.

— Господин Саша, когда нам вас ждать? — уточнил Коган, провожая меня.

— Пока не знаю. Всё зависит от того, как быстро я найду маназверя. Кстати, вы не знаете, куда подевался тот детёныш?