Книга Личный аптекарь императора. Том 8, страница 63 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Его не было всего несколько секунд, но для меня это время растянулось на целую вечность. Боль ни на мгновение не оставляла меня, поэтому я продолжал орать, рычать и сучить ногами по полу.

— Господин, что мне с этим делать? — дворецкий гулко рухнул возле меня на колени и показал ту самую пробирку.

Я открыл рот. Умница, Тимофей снова всё правильно понял. Откупорив пробку, он приподнял мне голову и начал потихоньку вливать зелье.

— Только не подавитесь. Пейте мелкими глотками. Лекари уже выехали и скоро будут здесь. Вас обязательно спасут. Вы должны жить, ведь ещё так молоды, — приговаривал он, пытаясь успокоить меня.

Как только я сделал первый глоток, то почувствовал, как зелье начало действовать. Приятное тепло разлилось по телу, успокаивая невыносимую боль.

Дворецкий ещё что-то говорил, но я прислушивался только к внутренним ощущениям. Боль отступала. Я глубоко прерывисто вздохнул и провалился в темноту. Всё. Теперь точно всё.

* * *

— Как вы можете запретить мне пройти к собственному внуку⁈ Вы хоть соображаете, что делаете⁈ — откуда-то издали послышался голос.

Это дед.

— Он в палате интенсивной терапии. Сюда можно заходить только медперсоналу, — ответил извиняющийся мужской голос.

— А я вам кто — не медперсонал, что ли⁈ Я — аптекарь Филатов! Вы со своими долбанными артефактами понятия не имеете, как лечить людей! Уйди с дороги, а то зашибу!

Грохот. Громкое «Ой», звук открываемой двери и торопливые шаги.

— Только не трогайте приборы, — послышался громкий шёпот. Голос незнакомый.

— Без тебя, салага, разберусь, — голос деда прозвучал над самым ухом.

Я почувствовал, как его ладонь легла мне на лоб, затем он прикоснулся к запястью, отсчитывая пульс, а следом припал ухом к моей груди.

— Вы хоть опередили, что с ним? — уже более спокойным голосом спросил старик Филатов.

— К сожалению, нет. Сканирование никаких увечий и тромбов не показало. Кровь тоже чистая.

— Так и знал, что от вас толку никакого, — буркнул дед, затем положил руку мне на плечо и легонько потряс. — Шурик, очнись. Слышишь? Вставай давай!

— Я бы на вашем месте… — вновь начал незнакомый голос.

— Ты не на моём месте, эскулап. Таких бездарей, как вы — Кривошеины, ещё поискать, — с презрением произнёс дед. Я даже представил, как он скривил губы.

Тут уж лекарь не выдержал.

— Как вы смеете заявляться сюда и оскорблять наш род? Убирайтесь вон! — взвизгнул он.

Я понял, что ещё чуть-чуть, и начнётся жаркое сражение, поэтому решил «очнуться».

Приоткрыв глаза, увидел, как старик и щуплый лекарь стоят друг напротив друга и сверлят глазами.

— Кхе-кхе-кха, — откашлялся я.

Они вмиг переключили внимание на меня и подскочили к кровати.

— Шурик, ну ты как? Где болит? — участливо спросил дед.

Я прислушался к своим ощущениям и понял, что нет даже отголосков той нестерпимой боли, которая выворачивала меня и заставляла орать. И вообще ячувствую себя на удивление хорошо.

— Ничего не болит, — хрипло ответил я. — Только пить хочется.

— Ты слышал? — дед взглянул на лекаря. — У него уже обезвоживание началось. Беги за водой, коновал!

Лекарь недовольно запыхтел, поджав губы, но ничего не сказал, а торопливо двинулся к выходу.

— Ну давай, Шурик, признавайся, какого лешего натворил? Зелье испытывал?

Да-а-а, от этого проницательного дедка ничего не скроешь.