Книга Личный аптекарь императора. Том 7, страница 86 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Валдмир нешатар, сиьва каретан. Элдра морит, венар атан…

Фьють-фьють-фьють, ш-ш-ш-ш.

Пронесся сильный порыв ветра, который смахнул с полки мыльные средства и сорвал с крючков полотенца.

Ненавижу ведьминские ритуалы! Это что-то чужеродное, темное и зловещее. От этого хочется откреститься и держаться подальше, но меня будто кто-то неведомый постоянно втягивает в эти дела. Ничего не могу с этим поделать.

— Сарнум верита, даэл третан. Кельмара вишь, традаг хан. Печать измены ложится на врага! Истина вспыхнет…

А-Ш-Ш-Ш! А-Ш-Ш-Ш! Зловещее шипение послышалось сквозь гул ветра, и по стенам заскользила длинная чёрная тень. Змея! Василиск!

Всё, что творилось вокруг, должно было отпугнуть меня и заставить прекратить ритуал, но я знал, что всего этого нет. Если бы Харитонов был в своём разуме, а не под действием зелья, то наверняка сошёл бы с ума от испуга.

В это время от сильного удара хвостом в сторону отлетел эмалированный таз и с грохотом свалился на пол.

«А-Ш-Ш-Ш. Я убью тебя, — прошипело невидимое создание. — Ты мертвец».

— Ага, конечно, — усмехнулся я и продолжил. — Истина вспыхнет! Предательство откроется! Клеймо предателя найдет свое место!!!

Вмиг всё прекратилось. Я с облегчением выдохнул и снова отметил, что всё стоит на своих местах. Харитонов же даже не сдвинулся с места, хотя под ним и растеклась лужа.

Он всё видел и слышал, но не мог даже шагу ступить без моего на то приказа. Именно поэтому я также приготовил зелье, стирающее кратковременную память. Он просто не вспомнит всего того, что сейчас происходило.

Из света в комнате горела лишь одна свеча, поэтому я сразу не увидел результат ритуала. Но, когда включил свет, то заметил, как на левой щеке Ильи начало проступать чёрное пятно. Сначала оно было со спичечную головку. Затем начало расти, пока не превратилось в уродливое неровное пятно размером с абрикос.

Пятно менялось, будто не знало какую форму принять, пока не превратилось в оскал тигра с острыми зубами. Хм, довольно неплохо. Возможно, кто-то бы не отказался нанести себе такую татуировку на лицо. Среди охотников было много тех, кто любил украшать себя подобными изображениями.

Я всё прибрал за собой, и мы вместе с Харитоновым вышли из дома Сени. По пути нам периодически попадались студенты, и Илья, по моему приказу, тоже здоровался с ними и перекидывался парой фраз.

Только когда мы дошли до академии, я дал ему выпить зелье, стирающее память, и проговорил новую реальность. Теперь он будет помнить, как мы выпили по бутылке пива, обсудили учёбу и решили остаться друзьями.

Напоследок я вывел из его организма «Настой Смирения» и направился к парковке, в то время как он ломанулся в академию в поисках туалета. Думаю, он очень удивится, когда увидит мокрые штаны.

Добравшись до дома, я заперся в своей комнате, чтобы поговорить с Гризельдой, но сколько бы ни звал ведьму, она не являлась. Тогда я обратился к Нарантуе.

«Приведи ко мне Гризельду!» — велел я, как только она предстала передо мной.

Шаманка кивнула и пропала.

Прошла минута-другая, но шаманки всё не было. Через полчаса я вновь позвал Нарантую.

«Почему так долго? Где эта проклятая ведьма?» — возмутился я.

«Не могу её найти. Она не отзывается на мой клич», — виновато прошелестела шаманка.