Книга Личный аптекарь императора. Том 6, страница 25 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Это мои коллеги. Я пригласил их для консультации, — пояснил Адам Гидонович, когда мы подошли к двери.

— Нам никто не звонил, — сурово сказал тот, что сидел слева, и поднялся на ноги.

— А зачем кто-то должен вам звонить, если лекарь здесь я? — повысив голос, ответил он. — И только я решаю, кто здесь может находиться. В конце концов я привёл людей под свою ответственность.

— Не положено, — невозмутимо проговорил боец.

— Ну хорошо, хорошо, — энергично закивал Адам Гидонович. — Но если глава тайной канцелярии умрёт, то я расскажу о том, как вы чинили препятствия и не подпускали к нему высококвалифицированных специалистов. Вам за это дадут не награду, а срок.

Тут в разговор вмешался второй боец.

— Пусть заходят. Если снизу их пропустили, значит всё хорошо.

Первый немного замялся, но нехотя согласился.

— Давайте паспорта и заходите, — сухо проговорил он и протянул руку.

Мы с Давидом Елизаровичем отдали ему документы и только после этого зашли в палату.

Демидов лежал неподвижно на большой кровати. К нему были присоединены различные приборы, во рту торчала трубка, к телу прикреплены артефакты.

Когда подошёл поближе, то невольно напрягся, рассматривая почти обугленное лицо без бровей, ресниц и волос. Тело прикрывала простыня, но и так было понятно, что оно тоже сильно пострадало.

Давид Елизарович внимательно осмотрел все приборы и артефакты.

— У меня в лечебнице нет таких приборов, — с завистью проговорил он.

— Ты ещё не так много зарабатываешь, чтобы покупать настолько передовое оборудование, — усмехнулся Адам Гидонович и быстро добавил. — Делайте, что хотели, пока нас всех не выкинули отсюда.

Он отошёл к двери и припал к ней ухом, прислушиваясь. Откуда-то приглушенно слышался топот.

Я откупорил три пробирки, вытащил трубку изо рта Демидова и, приподняв голову, хотел влить ему в рот первое зелье, но тут дверь резко распахнулась. От сильного удара лекарь отлетел в сторону, Давид Елизарович охнул и вжался в стену, подняв руки, а трое бойцов рванули ко мне, выкрикивая приказы:

— А ну бросай!

— На пол! Ложись на пол!

Не теряя ни секунды, я разом влил в рот Демидова зелья из всех трёх пробирок. Едва я успел это сделать, как меня грубо схватили и припечатали к стене.

Горгоново безумие! Мне не составило бы труда расправиться с ними, парализовав одним движением, но подумав, я решил не усугублять ситуацию. В конце концов нас сюда никто не звал, а мы сами пробрались, прямо как настоящие бандиты. Немудрено, что именно за них нас и приняли.

Бойцы завели мне руки за спину и уже хотели надеть наручники, как вдруг Давид Елизарович изумленно воскликнул.

— Он очнулся! Демидов очнулся!

Все разом повернулись к кровати больного. Глава тайной канцелярии повернул голову и совершенно ясными глазами смотрел на меня.

— Не может быть, — в дверях появился незнакомый мне лекарь в белом халате.

Демидов поморщился от боли, сглотнул и хрипло сказал, глядя на охранников:

— Отпустите его.

— Но ведь он нарушитель. Вас пытались отравить, — возразил крепкий мужчина с выбритым рисунком молнии на затылке.

— Если бы меня пытались отравить, я бы сейчас с вами не разговаривал. Парень помог. Отпустите его, — еле слышно выдавил он и закашлялся.

Бойцы нехотя повиновались, а в палату набежали не меньше десятка людей в белых халатах.