Книга Друид Нижнего мира. Том 3, страница 7 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

«Надеюсь, они не будут столь значительными, что меня не узнают домашние?» — на всякий случай уточнил я.

«Совсем нет. Изменения коснутся по большей части вашего внутреннего состояния, а на внешнем обличии скажется совсем немного».

«Ну хорошо. Тогда буду ждать. Хотя… Ядро уничтожено? С делом Чернокнижника покончено?» — я невольно замер, ожидая ответа.

«Совершенно верно. Вы смогли избавить этот мир от пагубного воздействия Тьмы».

«То есть моя миссия в этом мире окончена?»

Вдруг стало не по себе. А что, если меня «выдернут» отсюда и снова переместят в новые условия? Этого я совсем не хочу.

«Нет конечно. Ваша миссия — жить и развиваться в новом теле. Совершенствовать мир, в котором живете».

Я с облегчением выдохнул. Все равно уже привык быть Егором Державиным и привязался к людям, поэтому не хотелось бы снова куда-то перемещаться.

Время шло, но ничего не менялось. Я по-прежнему парил в какой-то темени и ничего не ощущал. Когда мне это надоело, вновь обратился к Ларе, но та ответила, чтобы я ждал.

Чтобы хоть как-то переключиться с нетерпеливого ожидания, мысленно вернулся к происходящему. Судя по тому, что мир не так уж сильно изменился, ядро оказалось довольно слабое — именно поэтому я смог его уничтожить. Прошлые миры, которые мне приходилось восстанавливать, были в гораздо худшем состоянии: по искаженным, почерневшим лесам рыскали сотни уродливых тварей, поедая все на своем пути. В небе летали зубастые облысевшие птицы, которые бросались на все, что движется. В морях плавали жуткие монстры, с тремя рядами острых зубов, щупальцами с ядовитыми присосками и острыми плавниками.

Здесь же лес сохранился в почти первозданном виде, появились только краты, которые представляли опасность для людей. Именно из-за них были воздвигнуты высокие стены вокруг каждого поселения. Хорошо что магические ядра есть не только у них.

«Загрузка данных окончена. Ваше тело подготовлено. Хорошего дня, любимый господин», — промурлыкала Лара, и меня будто выдернули из спокойствия и умиротворения.

Первое, что почувствовал, — боль. У меня будто болело все одновременно. Однако продлилась она недолго и пропала также внезапно, как и появилось. В следующее мгновение я услышал треск и бормотание. А потом осознал, что двигаюсь, только движение было странное — будто покачивалось все вокруг.

Приоткрыл глаза и увидел, что Бинокль закинул меня себе за спину и несет, удерживая за руки.

— На кой-черт я на это согласился? — бормотал он. — И чего пошел на поводу у молокососа? Идиот. Надо было отказаться. Теперь бы сидел в трактире и попивал…

— Отпустите меня, — хрипло сказал я.

Охотник резко остановился и повернул голову, пытаясь взглянуть на меня.

— Очнулся? Ну наконец-то! — с облегчением выдохнул он и аккуратно опустил меня на землю, прислонив к дереву. — Напугал же ты меня. Может, объяснишь, что все это значит?

Бинокль бегло оглядел меня и помог подняться на ноги.

— Что именно вам нужно объяснить? — спросил я, тоже осматривая себя.

Как и сказала Лара, внешне я не сильно изменился, только мышцы налились силой и одежда стала мала.

— Все! — Он снял свои очки с толстыми линзами, протер их и вновь уставился на меня, буравя взглядом. — Сначала меня хватают какие-то лианы и привязывают к дереву. Потом я вижу, как тебя облепляют просто тучи всякой живности. Потом ты вдруг что-то пытаешься достать из земной трещины и проваливаешься внутрь. Только тогда лианы отпустили меня, и я смог подойти к тебе.