Книга Друид Нижнего мира. Том 2, страница 82 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Наместник и Бородач стояли на дороге у нашего двора и о чем-то разговаривали. Услышав скрип двери, оба разом обернулись.

— Что надо? — не поздоровавшись спросил я и даже не попытался казаться приветливым.

Наместник явно не ожидал такого обращения, поэтому удивленно воззрился на меня, но уже через мгновение взял себя в руки и спросил:

— Я только что был на полях. Чем ты их удобрил?

— Навозом с вашего свинарника. Чем же еще?

— Врешь! — прикрикнул он, в два шага очутился у нашего забора и вперился в меня своими злыми глазами. — Этого быть не может!

— Думайте как хотите, — пожал я плечами, выдержав его взгляд.

— Я каждый год столько этого навоза на свой огород бросаю, но он так не разрастается. Признавайся, гаденыш, а не то…

Он хотел схватить меня за шкирку, но я перехватил его руку и резко заломил кисть, вывернув. В моих руках было достаточно силы, чтобы справиться с ним. За эти несколько недель я сильно изменился, и скоро все это увидят.

Наместник сдавленно простонал, а Бородач бросился ему на помощь и хотел ударить меня по лицу, но попал лишь по воздуху. Я резко присел, отчего рука наместника оказалась между заборными досками и кисть опасно хрустнула.

— Отпусти, Державин, хуже будет, — зло процедил сквозь зубы наместник, корчась от боли.

— Это научит тебя больше никогда не поднимать на меня руку, — спокойно ответил я, отпустил и сразу отступил назад, подальше от кулаков Бородача.

Из воспоминаний Егора знал, что ему не раз прилетало от наместника, который при любой подходящей возможности срывал на нем злость. Ведь на Ивана он опасался поднимать руку. Егор не рассказывал об этом отцу, чтобы еще сильнее не разгорелся конфликт между ними.

— Слышь, щенок, я же тебя голыми руками… — начал было Бородач, открывая калитку, но тут голос подала бабка.

— Только попробуй, и мой Ванюша от тебя мокрого места не оставит! — Авдотья говорила приглушенно и грозно смотрела на мужчин, сжимая в руках грабли.

— Ну и семейка, — буркнул наместник, потирая заболевшее запястье. — Недолго вам в общине осталось. Скоро о вас и не вспомнят, — зло процедил он сквозь зубы и махнул Бородачу: — Пошли, Игнат. Не стоит на них тратить время и силы. Иссякло мое терпение. Вышвырнем их из общины, и пусть идут на все четыре стороны.

— Далеко не уйдут, — хрипло рассмеялся Бородач, когда они вышли на дорогу, и нарочито громко добавил: — Пойдут на корм кратам.

Когда мужчины скрылись за домами, ко мне подошла бабка и положила руку на плечо.

— Ты все правильно сделал, Егорка. Не переживай: чтобы выкинуть нас из общины, нужны голоса всех общинников, а против нас никто не пойдет. Мать твоя многих от смерти спасла, отец никогда никому в помощи не отказывал, а я… Я вредная, конечно, но с соседями всегда дружила и частенько делилась куском хлеба.

Я кивнул, прекрасно понимая, что сейчас скрытая вражда переходит в новую фазу и становится открытой. Наместник явно понимал, что что-то происходит, но объяснить это никак не мог. Сначала я очистил вонючие колодцы, затем избавил общину от крыс, вылечил ему ногу, а теперь еще и растения на полях пошли в рост. Скрывать свои способности становится все сложнее.

Вернувшись в дом, снова приступил к созданию льва, прислушиваясь к звукам, ведь Норель должна принести сначала люминарию, а потом и росу с лепестка светлого лотоса. Роса будет лишь на рассвете, поэтому смогу приступить к созданию «Светозара» только завтра. Но тратить попусту время я не собирался. Оно неумолимо идет, а у меня не готова ни одна поделка. Нужно торопиться.