Книга Друид Нижнего мира. Том 2, страница 19 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Бинокль поежился. Его лицо омрачилось тревогой. Он чувствовал, что Дебри опасны, но явно не понимал и не мог ясно описать свои ощущения. Я прекрасно понял все, что он сказал. За стеной я ощущал лишь отголоски той далекой энергии, но тоже понимал, что она не здешняя — слишком большая разница между ней и той, что исходит от всего остального.

— Вопросы закончились или тебя еще что-то интересует? — улыбнулся он, вынырнув из тяжелых мыслей.

— Спасибо, — ответил я, поднялся со скамьи. — Вы завтра уезжаете?

— Да, на рассвете. — Охотник снова надел очки и с кряхтеньем встал. Я услышал явственный треск в коленях и пояснице. Похоже, у него проблемы с суставами. — Придешь провожать?

— Приду, — кивнул я.

Мы молча дошли до трактира. Бинокль пожал мне руку и зашел внутрь, а я энергично зашагал прочь.

Все это время Призрак гулял неподалеку, обнюхивая все на своем пути, поэтому я видел лишь маячащийся белый комок во тьме.

«Вейл, пошли домой», — мысленно велел, когда потерял щенка из виду.

Почти в ту же секунду из-за полуразвалившегося сарая выбежал белоснежный питомец и со всех ног помчался ко мне. Очень удобно связываться с духом, ведь он меня услышит, даже находясь на большом расстоянии.

Вдали до сих пор слышалась музыка и веселые крики. Похоже, местные совсем не хотели расходиться по домам и наслаждались теплым вечером, музыкой и вкусными кушаньями, купленными у торговцев. Я их понимал, ведь обычно в общине было очень скучно, тускло и тихо. Общинники привыкли жить с опаской и старались не привлекать внимание кратов, но иногда, например сегодня, всем хотелось выдохнуть и просто насладиться жизнью.

По тропинкам я быстро добрался до дома. Анна с Авдотьей разматывали новые шерстяные нитки и обсуждали, что свяжут из них. Иван, сидя за кухонным столом, читал потрепанную книгу с пожелтевшими страницами

— Что это? — спросил я и взглянул на мелкий шрифт, от которого двоилось в глазах.

Читать Егор умел. Его знания и умения передались мне, поэтому я тоже без особых трудностей мог прочесть то, что мне надо. Но ни он, ни я не находили в этом занятии ничего интересного.

— Роман про пиратов, — с довольным видом пояснил Иван и показал потрепанную обложку, на которой сохранился рисунок корабля. — Выкупил за рубль у торговца, который использовал книгу как подставку под горячее.

— Интересная? — я спросил просто так, чтобы поддержать разговор пока пью чай с хлебом.

— Очень. Хочешь прочту отрывок? — предложил он.

Мне было неудобно отказываться, поэтому кивнул и откусил поджаристый хлеб, щедро намазанный цветочным медом.

Иван откашлялся, поерзал на стуле и начал читать:

— «Ветер бил в паруса „Черной чайки“ с такой силой, что мачты гнулись и скрипели. Капитан Григ стоял у штурвала, щурясь в темноту. Море шумело, волны катились одна за другой»… Эх-х-х, а я шире речушки, что за воротами, и не видел ничего.

Он захлопнул книгу и задумчиво уставился в темный прямоугольник окна и еле слышно произнес:

— Вот и жизнь прошла, а я ничего не успел.

В словах было столько горечи, разочарования и безнадежности, что мне стало не по себе. Эти люди достойны лучшей жизни. Все, а не только Державины. В большинстве своем общинники с добром относились к Егору. Но даже он замечал, как многих изменила эта суровая жизнь. Угрюмыми и ожесточенными они стали только из-за тех условий, в которых им приходится жить: постоянная опасность, исходящая от Дебрей, мало еды и прочее.