Книга Друид Нижнего мира. Том 2, страница 106 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Я тоже так думаю. Немолод уже Витька, чтобы через стены лазить. Да и как бы он смог?

— Крюк с веревкой, — пояснил Иван. — Но ты права — не смог бы он этого сделать. А если бы смог, то незамеченным не остался. Охотник всегда на вышке стоит.

Какое-то время мы молчали. Иван доел суп с салом и, налив себе большую кружку чая, продолжил:

— В доме Вити много разного добра оказалось. Даже странно, что в нашей общине кто-то так зажиточно жил. В подвале нашли целый стеллаж с вином. В столовой полно серебряной посуды. Вскрыли сейф, а там… — он выдержал паузу, а женщины с интересом уставились на него, — целых три тысячи!

— Деньги общины? — уточнила бабка.

— Не-а. Его собственные. Деньги общины он в другом месте держал. Я их отдал приказчику. Маловато, ведь обычно мы по осени ядра закупаем. Но я пообещал, что в следующем году намного больше заработаем. На этом и распрощались с Фомой Мытником.

— Куда же ты решил личные деньги наместника девать? — как бы между прочим спросила Авдотья.

— Все до последнего рубля пойдет на нужды общины. Когда караван приедет, заполним закрома на зиму.

— Погоди-ка, а ты с Фомой свое жалованье обсудил? — продолжала допытываться бабка.

— Да. Будут платить, как прежнему наместнику. По двести рублей в месяц, — пояснил он. — Также не нужно будет покупать ядра зверя. Мне, как наместнику, положены бесплатные ядра для дома и уличного освещения для всей общины.

Женщины радостно заулыбались. Такие привилегии им явно понравились.

— А как же дом? Неужто будут пустовать такие хоромы? — спросил бабка, явно намекая на то, что неплохо было бы нам туда поселиться.

— Нет, пустовать не будут. Я семью Захаровых туда поселю. У них пятеро ребятишек. Им нужнее. С переездом тоже поможем, а то Кирилл еще долго со своей подработки не вернется.

Семья Захаровых жила в конце Третьей улицы в небольшом доме. Никите Захарову я подарил того жирафа — свою первую поделку из дерева в этом мире.

— Молодец, хорошо придумал, — поддержала его Анна.

Авдотья невнятно пробурчала насчет того, что неплохо было бы о собственной семье подумать, а не только во благо других жить, но Иван проигнорировал ее слова.

Он так решил. Все. Точка.

Уважаю его за характер и твердость. Правы были общинники — лучшего наместника не сыскать.

— Кто-нибудь на Первой улице остался или все разбежались? — спросил я, разжевывая сушеную чернику. У нее был терпкий, сладко-кислый вкус, мало чем напоминающий свежую ягоду.

— Остались конечно. Только девять семей выехали. Но я к этому не причастен. Я их не выгонял, — быстро ответил он.

— Я даже знаю, кто взял ноги в руки и потемну слинял, — хмыкнула бабка. — Те, кто больше всех нос задирал и остальных обижал.

— Ты права, мама. Взяли все самое ценное и уехали.

— Погоди-ка, — нахмурилась Авдотья. — Так, может, с ними наместник и уехал? Спрятали его среди своего добра, и все.

— Нет, — твердо ответил Иван. — Я сам лично их выпускал и вещи проверил. Не было там наместника.

Вдруг он как-то странно посмотрел на меня и еле слышно спросил:

— Ты имеешь отношение к пропаже наместника?

Так захотелось обо всем рассказать, но я подавил это сиюминутное желание и мотнул головой.

— Нет, не имею.

— А что ты делал в его саду? — подозрительно прищурился он.

— Услышал шум и пошел посмотреть.