Книга Друид Нижнего мира. Том 1, страница 45 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Осталось, только отец запретил тебя кормить за то, что без спросу сбежал, — сказал она и, понизив голос, тут же добавила: — Но я кое-что оставила на твоем столе.

Мы вместе зашли в дом. Я слышал, как отец что-то стругает на кухне, поэтому сразу пошел в свою комнату и плотно закрыл дверь. На столе лежал кусок хлеба, густо намазанный перетертыми ягодами. Лизнул и понял, что это — малина. Вкусно, но мало. Хотел бы я съесть те вареники, про которые говорила бабка, но за все надо платить. И за побег через окно — тоже. Поэтому доел все до последней крошки и запил кипяченой водой, которую Авдотья также оставила рядом с тарелкой.

В это время послышался скрип входной двери и приглушенный голос Анны. Я вышел из комнаты и двинулся к ней, чтобы попросить помочь Женьке, но она опередила меня.

— Егор, нам надо поговорить, — строго сказала и бросила встревоженный взгляд на Ивана, который появился в дверях кухни.

— Что случилось? — спросил он.

— Мать Бори Букина хочет пойти к наместнику и пожаловаться на Егора, — пояснила она и обратилась ко мне. — Сынок, что между вами случилось? Боря говорит, что ты на него ни с того ни с сего накинулся и начал бить.

— Это неправда. Он первым напал на Женю. Я всего лишь защищал друга, — спокойно пояснил я.

— Кто-нибудь может подтвердить? — насупив брови, спросил отец.

— Отряд охотников и Глухарь.

Иван с облегчением выдохнул и махнул рукой.

— Тогда все это пустые угрозы. Не пойдет она к наместнику. Вот если бы без свидетелей, то могли бы наговорить на Егора. Она у тебя что-нибудь просила?

Анна кивнула и опустила глаза.

— Что? — вмиг посуровел отец.

— Пол-аптечки выпросила.

— И ты ей отдала? — возмутился Иван.

— А как я могла отказать, если Егор этому Боре нос сломал? — в сердцах воскликнула она.

Иван повернулся ко мне и с минуту смотрел в глаза. Я выдержал взгляд, не понимая, что он хочет от меня.

— Снова одни проблемы из-за тебя, — наконец выдавил он. — Когда уже за голову возьмешься?

— Он сам виноват. Зато в следующий раз подумает, прежде чем нападать на Женьку или меня, — спокойно ответил ему.

— Не будет от тебя толку! — Иван с раздражением выдохнул и вернулся на кухню.

Анна хотела последовать за ним, но я преградил ей дорогу.

— Женьке тоже нужна помощь. У него бок болит.

— Ладно, пошли к Женьке, но учти: у меня из лекарств почти ничего не осталось, — предупредила она и поправила на плече лямку сумки, которую всегда брала с собой на вызовы.

Мы вышли из дома и двинулись на Четвертую улицу. Память безошибочно привела меня к дому Женьки. Хотя домом это покосившееся здание можно назвать с большой натяжкой. Скорее халупа из раскрошившегося камня и с крышей, которую подпирали два бревна, чтобы она не скатилась в сторону.

Привычным движением я приподнял калитку и пропустил вперед мать. Мы подошли к двери, где вместо крыльца были сложены неровные куски каменных блоков. Одно неверное движение — и они посыпятся.

Только теперь я понял всю тяжесть жизни без древесины. И тотчас почувствовал, как сердце защемило от злобы на людей, которые считают тот клочок леса своим и не разрешают прикасаться к деревьям. У самих добротные брусчатые дома и высокие заборы из качественных досок, а такие, как Женька, обкладывают дома крошащимися каменными блоками, чтобы хоть как-то сохранить свое жилище.