Книга Титан империи 7, страница 77 – Константин Зубов, Александр Артемов

— Нахрена он ему? Я вроде не замечал у Янковского и Герды каких-то пультов, а они спокойно управляли конструктами.

— У К. нет магических сил, — пожала она плечами, — он чистый, как стеклышко, и при этом мелкий, уродливый, неприятный, а значит, незаметный среди гордой аристократии. Незаменимый кадр в стране, где давно обращают внимание лишь на статус и наличие магических сил. Наш друг — просто идеальный шпион.

— Шпион, да? С такими приметным глазиком?

— Глазик легко прикрыть линзой, а волосы у нашего друга крашеные.

— Убедила… Но откуда он?

— Ответ прячется здесь, — сказала она и, подхватив глаз, вытерла его от крови.

Я пригляделся и увидел на белке надпись мелким шрифтом.

— Что тут написано? — спросил я, приглядевшись к буквам. Увы, такой язык был мне неизвестен.

На помощь, как ни странно пришел Красавка, который тоже заинтересовался интересной вещицей.

— «Hergestellt im Reich», — прочитал он. — Сделано в Рейхе.

* * *

— Ба-ба-ба-ба-ба… — бормотал маленький лысоватый тип, трясущийся на стуле. Причем так быстро, что его смело можно было подключать к динамо машине.

— Так… — вздохнула Герда, которая уже страшно затрахахалсь пытаться выудить из этого бедолаги хоть что-нибудь осмысленное.

К сожалению, других свидетелей бойни в усадьбе Воротынских не осталось. Всю прислугу и охрану пустили под нож за считанные минуты — даже подкрепление не успело прийти, как все было кончено. Выжили лишь люди во флигеле, но они осмелились войти в дом лишь спустя несколько часов — и нашли только мертвых, а мертвые, как известно, не болтают.

— А подробней? — предприняла она еще одну попытку добраться до сути.

— Бу-бу-бу-бу-бу…

— Ну, все достаточно, — вздохнула Герда и махнула рукой. — Уводите его. Он, похоже, спятил.

Спятил до допроса, а не после! Наверное, первый случай в ее практике.

Свидетеля попытались поднять, но личный помощник графа Воротынского, которого все звали просто Никки, вцепился в стул и начал орать как будто его решили «вскрыть».

Подручные Герды пожали плечами и унесли придурка вместе с мебелью.

— Стул верните! — крикнула Мария Львовна Воротынская, которая сидела на диване рядышком и подпиливала себе ногти. — Эх, бедный Никки… Говорите, вытащили его из туалета?

— Да, и судя по трещинам на двери, его пытались выковырять оттуда. Вот он и поплыл, — вздохнула Герда, откинулась на стуле и закрыла глаза.

Не успели они закончить всё в ГАРМе, так вот еще одно грязное дело на ее голову!

Но тут вроде все очевидно. Кровь, крики, а потом куча трупов людей и нексов поутру — не хватало только пентакля и располосованной девственницы, но они еще в подвале не смотрели. В кабинете же, где произошел финал драмы, сразу нашли родовое кольцо с именем Владимира Воротынского на обороте, а рядом разлегся обезглавленный отец.

Итог дела — сынок пришел убивать батю, а батя не растерялся. Вот оба родственника и замочили друг друга. Родовой меч в луже дерьма, которая осталась от сынка, был гвоздем, забитым в крышку гроба этой поганой семейки.

Мотив? Бабки и старые обиды, что же еще! Давно в городе ходили слухи, что старший и младший Воротынский не в ладах, да и сынок у его сиятельства был известной мразью. Тот факт, что он перешел на сторону Нексуса и решил расквитаться с ненавистным родственником, прежде чем свалить на Нексус — дело довольно типичное.