Книга Титан империи 5, страница 36 – Константин Зубов, Александр Артемов

А ведь нас ждала еще рукопашка и основы штурмов Монолитов, и, говорят, занятие это жесткое.

— Высшее мастерство пироманта, — говорил Волошин, накручивая круги по аудитории, — это способность побриться одним щелчком пальцев!

И в доказательство своего тезиса он щелкнул перед лицом одного из курсантов, на лице которого чернели небольшие усики.

Пламя полыхнуло бедному парню прямо в рожу, и он с криком повалился на пол. Когда он поднялся, лицо у него покраснело, а от усов не осталось и следа.

Как хорошо, что этим утром я не поленился и как следует побрился.

— Вот! — подошел ко мне Волошин и хлопнул по плечу. — Вот молодой человек уже научился контролировать пламя. Если вы с зажженной рукой сможете завязать себе шнурки и не обжечься, то, уверяю, из вас выйдет отличный пиромант!

— Спасибо… — проговорил я, но изувеченный вид Волошина лишил меня любого желания идти по его стопам. Думаю, не меня одного.

У Тимура, кстати, с огнем все было отлично, и препод еще десять минут бродил вокруг него и нахваливал на все лады. Потом же с довольным видом пошел дальше охать и ахать над бесплодными попытками Новичков и неоперившихся Адептов выжить на «горячем» занятии.

— Пиромантия и в быту хорошо себя показывает. Можно за минуту высушить ботинки, подогреть еду без плиты, поджарить себе гуся на открытом огне, не вставая с постели, а также сделать особый «огненный» сюрприз своей второй половинке.

Он снова щелкнул пальцами, и на стол перед одной исстрадавшейся барышней шагнула огненная фигурка, отдаленно напоминающая котенка.

Барышня сюрприз не оценила и, когда котенок попытался приласкаться, с криком кинулась вон из аудитории. Котенок же, полыхнув огнем из ушей, побежал к своему создателю и взобрался ему на плечо. Пиджак Волошина начал тлеть, но пироманту, казалось, все было до фонаря.

— Да уж… — потер он подбородок. — Не первый раз убеждаюсь, что пироманту лучше искать себе вторую половинку тоже из числа пироманток. Так надежней.

И сдув котенка с плеча, он пошел на очередной круг.

Я же смахнул с руки пламя и позволил себе ненадолго расслабиться. Пальцы почти не слушались, и после таких занятий меня терзал лишь один вопрос: а как я буду держать ложку в столовке?

По итогу занятие с Волошиным «не пережило» пятнадцать курсантов, и, едва потухло пламя, нас всем дружным составом отправили в лазарет.

Там осталась еще половина, а «выжившим» осталось зализывать ожоги и ждать ужина. На сегодня занятий больше не обещалось, и мы с Тимуром, переодевшись, еще полчаса пропадали на тренировочной площадке и сражались с полосой препятствий. Получалось неплохо, но ожоги мешали нам нормально держать мяч.

Когда мы выдохлись, с проезжающей мимо дрезины раздался свист. На крыша стояла Виктория и, показывав нам большой палец, щелкнула по циферблату на запястье.

И вправду, пора собираться на ужин.

На платформе было не так людно, и народ еще подтягивался. Столовка обещалась прикатить с минуты на минуту.

— Привет, Маш, — подошел я к девушке, которая стояла у края платформы и по своему обыкновению пялилась на рельсы.

— А это ты, новичок, — повернулась она и посмотрела на меня с отсутствующим выражением.

— Женя.

— Пусть так. Как первый день, никто не обижает?

И повернулась обратно к своим рельсам.