Книга Титан империи 4, страница 90 – Константин Зубов, Александр Артемов

Старик отпрыгнул и пополз прочь от жуткой твари, которая вторглась в его красивенький чистенький холл.

Я сам едва не сел на задницу при виде того, что загрохотало гусеницами по мраморному полу.

ТАНК, МАТЬ ЕГО!

Он въехал в холл на половину корпуса, а затем медленно опустил пушку.

Хоп, и она уперлась отползающему дедушке Саблину прямо лицо.

— Не сметь стрелять в деда! — заверещал он.

Грянул оглушающий выстрел, полетели осколки и меня откинуло обжигающей взрывной волной.

Теперь мне стал ясен смысл выражения — «из пушки по воробьям». Я кряхтя поднялся, а когда облако дыма рассеялось, увидел, что на месте старика осталась лишь огромная черная воронка.

На танковой башне открылся люк, и оттуда вылезла чумазая Настя в криво сидящем шлемофоне.

— Брат! — замахала она мне руками. — Залезай и валим отсюда!!!

Я не стал заставлять просить себя дважды и, запрыгнув на пушку, побежал по ней к башне. Настя тут же освободила мне место в люке.

Едва я успел просунуть ноги внутрь, как танк дернулся и дал задний ход. Я спустился в кабину и, согнувшись в три погибели, пролез в кресло рядом с водительским, где Настя с упоением дергала рычаги.

Выбравшись во двор усадьбы, которая внешне напоминала настоящий дворец, танк развернулся на месте и, взревев двигателями, рванул прочь.

— Женя, ты в порядке?

Настя, напряженно вглядываясь в смотровую щель, все больше прибавляла газу.

— Да… А ты?

— В порядке, — ответила Настя, и тут сзади раздался чудовищный треск, а затем рев. Я бросился к люку и выглянул.

Поначалу я решил, что окончательно спятил, но нет — усадьба медленно, но верно поднималась на ноги. Через пару секунд она заревела еще сильней, и, щелкая зубами из битого кирпича, пустилась нас догонять. И бежала при этом чуть ли не в припрыжку.

— Негодная девчонка! — доносился изнутри отчаянный крик. — Ну погоди!

— Быстрее! Догоняет!

— Хрен ему. Тут недалеко!

В следующую секунду танк врезался в ворота, с грохотом снес их и устремился в сторону зеленеющих впереди полей.

— Хорошо… — проговорил я, возвращаясь в кресло. — А куда мы едем?

— Туда! — ткнула Настя в смотровую щель.

Я посмотрел, куда она указывала, но за «линией горизонта» ничего не было. Буквально — через сто метров поле заканчивалось и обрывалось в пропасть, где зияло пустое белое пространство.

— А там что?

— Ничего! — хихикнула Настя, выжимая из тяжелой машины все, что только можно.

Я вцепился в кресло, а танк, преодолев последние метры, рванул через край и…

Рухнул вниз.

— Настя!!!

— Держись! Так мы точно проснемся! — крикнула сестра, а затем вцепилась в меня мертвой хваткой.

Мы болтались во вращающемся танке как две последние кильки в банке. Я всячески пытался не вырубиться от столкновения со стенами и уверить себя в том, что Настя еще не окончательно поехала кукухой от созерцания «приятных воспоминаний».

И тут в смотровой щели промелькнуло место, куда мы собственно и падали. Под нами распростерось исполинское око, которое смотрело прямо на нас. И да, это была гляделка нашего преследователя.

— Хреновый план! — крикнул я.

— Почему?

— Смотри!

Танк сделал еще один оборот, и я ткнул пальцем в приближающийся зрачок, напоминающий здоровенное озеро. В эту «мишень» мы и летели.

— Пощекочи меня! — вдруг крикнула Настя.

— Что⁈