Книга Титан империи 2, страница 32 – Константин Зубов, Александр Артемов

— Сколько лет вы служите в Тайной Канцелярии? — с невинным видом спросил я.

— Вы еще не родились, Евгений Михайлович, когда я поймал своего первого преступника. И, будьте уверены, вы не последний. Даже не думайте бежать. Это здание — крепость.

— Прошу прощения. Я слишком молод, чтобы понимать некоторые вещи, но, может быть, вы просветите меня? В чем меня обвиняют?

— Вас, Евгений Михайлович, — вздохнул он, — обвиняют в сотрудничестве со сталкерами, а конкретно с лицом по фамилии Шрамко, или Шрамом, который работал под началом отца вашей пассии — Вепря. И оба они, в свою очередь, известны связями с братьями Герценами, а также падшим родом Герасимовых, которых вы, я уверен, тоже неплохо знали. Вы обвиняетесь в изготовлении запрещенного устройства с целью незаконного проникновения в Нексус и извлечения оттуда Сферы, минуя официальные органы учета. Что вы и сделали, в конечном итоге. Это обвинение касается вас и вашей сообщницы Игнатьевой, которую вы обманом вовлекли в этот план. Достаточно, чтобы прояснить вашу память и наставить вас на путь истинный?

— А в чем же мой мотив, позвольте узнать? Я, как глава рода Скалозубовых, обделен Сферами?

— Три дня назад, Евгений Михайлович, вы еще не были главой рода Скалозубовых.

— Все равно странно… Я, наследник прославленного рода, буду заниматься сталкингом с каким-то ничтожеством по кличке… как вы сказали, Шрам? Допустим. И я решил при всем своем положении спутаться с девкой из простолюдинов? Тоже допустим, однако эта версия мне больше напоминает какую-то романтическую историю из дешевых книжек для женщин за тридцать. Но, прошу прощения, а где же сейчас находится вышеупомянутый Шрам?

— Мертв. Его изуродованное тело найдено во время Прорыва, — холодно проговорил инквизитор.

— Поправочка. Шрама убил ваш покорный слуга, — чутка покривил душой я.

Но если бы не гарпия, то уж точно бы убил.

— А что случилось с его подельниками, вы знаете?

— Известных под кличками Пузырь и Хвост? Мертвы. Их тела тоже нашли в тот же день, но какое…

— Очень хорошо, — ухмыльнулся я. — Вы еще упоминали Вепря. Тоже, кажется, покойного, как сказала Елена Борисовна?

Ага, дернул щекой! Продолжим экзекуцию!

— А вышеупомянутые вами Герцены? Какова их судьба и еще двухсот наемников и сталкеров, которых они притащили в мое поместье с оружием Герасимовых?

На лицо Горна упала тень. Ага, догадался к чему я клоню, да, старый?

— Все мертвы, — вымолвил инквизитор. — Все, кроме младшего Герцена, Марка Тимофеевича. Но, думаю, и он уже пущен на корм крысам?

— Да, опыт не пропьешь, дорогой Борис Сергеевич! А как насчет Герасимовых, которые не просто якшались со сталкерами и снабжали их оружием? Они еще и сношались с Нексусом, как вы могли увериться лично. Какова их судьба? Не трудитесь, я сам освежу вашу память! Старший сын убит мною при попытке покушения, а отец пропал без вести, но скорее всего, и он мертв. А младший сын, Федор, в руках имперского правосудия. И получили вы его тоже с моей помощью.

Горн промолчал. Его глаза сузились.

— Вы сами сложите два и два, ваше преосвященство? Вы обвиняете в сотрудничестве со сталкерами того, кто за минувшие три дня вырезал преступный мир Фаустово почти поголовно. Я уничтожил, возможно, не всех, но, думаю, те, кто остался, ближайшие пару месяцев не высунут и носа из своих нор. И… вместо благодарности вы требуете от меня «чистосердечного признания»?