Книга Наследник $$$ уровня 2, страница 117 – Андрей Еслер, Сириус Дрейк

— Маркос Вильяр сегодня сядет за обед очень довольным, — ответил я. — И завтра, и через неделю. А когда у меня будет миллион абонентов на его сети, ему станет очень больно. Только он уже подписал, по тому же ценнику. Расширять придётся по тем же условиям. И тогда переплата сегодня выйдет ему в минус десять, двадцать миллионов в год. Я готов отдать сегодня лишний кусок, чтобы завтра он не смог торговаться.

Лифт остановился, двери раскрылись, и мраморный холл встретил нас прохладой.

— А почему он не выторговал лучше? — Мария понизила голос уже на тротуаре.

— Потому что считал, что обманывает, — я надел темные очки. — Никто так не торопится подписать, как тот, кто думает, что выиграл.

Машина уже ждала у входа.

Хавьер распахнул дверь, я опустился на сиденье, и мы тронулись обратно через эстакаду.

Дальше дорога была короткой и неоромантической.

К Тайрону я зашёл без предупреждения. Отец сидел в кабинете, при разложенных газетах, и с очками на носу. Я с порога коротко изложил.

— Мне нужны сто миллионов песо.

Тайрон отложил очки.

— Зачем тебе столько?

— Завод. Линия устарела, наплыв заказов после смены клиентов потребует модернизации. Иначе я не вытяну ту партию, которую сейчас взял.

Я не врал, просто выбирал ту часть правды, которая Тайрону нравилась. Завод, линия, заказчики, понятные ему слова. На объяснения, что я собрался впихнуть в карман сограждан собственный мобильный с зашитым тарифом, у меня сейчас не было ни времени, ни желания.

Тайрон откинулся на спинку и долго смотрел на меня.

— Сто миллионов.

— Да.

— Хорошо. — Он опустил руку. — Деньги есть, дэ Перес постарались. До вечера перевод будет на твоем счету.

— Сегодня.

Уголок его рта дёрнулся.

— Сегодня, так сегодня. Что-то ещё?

— Нет.

— Тогда иди работай.

Я кивнул и вышел.

В банке я просидел час. Деньги ушли на счёт «Иберкома» в тот же день, тёмно-зелёная квитанция легла мне в портфель.

На улице уже накрапывал короткий вечерний дождь. Я раскрыл портфель, сверился с квитанцией ещё раз, убедился, что цифры сошлись, и закрыл.

От ста миллионов на счёте у меня оставалась ровно половина.

Отец снова одолжил свой самолёт. Так он показывал своё расположение. Чем больше я приносил пользы, тем больше дверей открывалось впереди. После Фаворы я готов был лететь хоть в грузовом отсеке, лишь бы поскорее убраться из выпившего все силы города.

Салон самолёта встретил тишиной, мягкой кожей кресел и тем особым запахом дорогой техники, полированного дерева и прохлады, которую дают только хорошие кондиционеры. Здесь не было ни криков пассажиров, ни тяжёлого духа чужих тел, ни плача детей через ряд. Только глухой гул систем, янтарный свет над головой и стеклянный графин с водой в нише у дивана.

Я сел у иллюминатора и впервые за весь день позволил себе выдохнуть по-настоящему.

Хавьер устроился напротив, молча пристегнулся и привычно проверил взглядом салон, будто даже в небе ожидал подвоха. В этом было что-то почти трогательное. Мария была молчалива, она снова нервничала, но на этот раз куда меньше. Привыкает. Уже не озирается пугливой ланью по сторонам. Устала. Порою страх, ожидание неприятностей утомляет больше чем сами неприятности.

Самолёт мягко покатился по полосе. За окном дрожали огни Фаворы. Золотая сетка улиц, тёмная река и стеклянные башни, в которых до сих пор горели окна.