Книга Корпоративная практика. Книга 7, страница 107 – Сириус Дрейк, Сергей Мутев

Я любил наблюдать за ними. Они, как настоящая команда, работали вместе, изучая окружающую обстановку и даже строя своих «птиц-друзей» из других пернатых, которые иногда приземлялись в нашем дворе. Оябун с его ярким оперением и госпожа Гадина с её хитрыми глазами выглядели так, будто были охотниками на своей территории. В их взаимодействии была какая-то своя атмосфера, которую довольно сложно понять, но им было весело.

Однажды я заметил, как Оябун сидел на ветке и с серьёзным лицом, как боец, тренировал свои «бое­вые» навыки, издавая характерные звуки, которые, казалось, были вдохновлены самурайскими фильмами. Вдруг ворона села рядом с ним, склонив голову вбок.

— Эй, Оябун, ты что там, мечом машешь? — с насмешкой спросила она, её голос был полон игривости. — Судя по твоим движениям, ты скорее гейша, чем самурай!

Оябун не растерялся и, прижав к груди свои крылья, произнёс:

— Нет, госпожа! Я — истинный самурай! Мой дух непобедим, и я защищаю от врагов наш двор! И своего господина!

Он издал громкий крик, который должен был напоминать боевой клич, но звучал скорее как преувеличенный писк. Бедняга. Когда-нибудь самурайская тема его отпустит, но это не точно. Да и всё же на него такое находило временами.

Ворона расхохоталась.

— Защитник двора? Ты не можешь даже поймать воробья, который украл твой кусочек хлеба! — подколола она, явно наслаждаясь ситуацией. Это был случай, когда Оябун опять резко вырос, неправильно рассчитал траекторию и выронил свою еду из клюва.

Оябун, не желая сдаваться, ответил:

— Каждый самурай знает, что настоящая душа воина проявляется не только в битвах, но и в мудрости! Я тренируюсь, чтобы быть готовым к любым вызовам!

Ворона, не желая упускать шанс поддеть его, закудахтала:

— А может, ты просто боишься, что я тебя затмлю? Я не только ловкая, но и умная! В моей голове уже план, как захватить все семена в этом дворе! И власть!

— Захватить семена⁈ — возмутился Оябун. — Это недостойно самурая! Я защищаю наш дом, и я не дам тебе их забрать!

Походило на сюр, но выглядело весело.

Тут ворона, сделав театральный жест, обняла свои крылья и произнесла с пафосом:

— О, благородный самурай, ты не понимаешь, семена — это лишь начало! Настоящий воин должен иметь запас пищи для долгих сражений!

Оябун, решительно сжимая клюв, произнёс:

— Я буду сражаться за наш район до последнего пера! Если ты захочешь забрать семена, тебе придётся пройти через меня!

Ворона, не смущаясь, ответила:

— С удовольствием! Но сначала, может, ты покажешь мне, как ты собираешься сражаться, когда у тебя в клюве только пустая скорлупа?

Ладно, понаблюдал за ними, теперь можно и в школу. А то они такие беседы могли вести долго. У них ещё сегодня, будто в театре, и зрители были. Пусть соседи и привыкли к гигантскому попугаю, но дети постоянно смотрели на Оябуна с открытыми ртами. Надев рюкзак, вышел на улицу. Утренний воздух был свежим, и я наслаждался моментом. По дороге я встретил Шо, который стоял у стены и что-то делал с стикерами.

— Эй, Рю! Смотри, что я придумал! — воскликнул он, поднимая стикеры, покрытые его рисунками.

Я подошёл ближе и увидел, что на них изображены два человека, дерущихся на крыше. Один из них, судя по всему, был женского пола.

— Вау, это круто! — сказал я, искренне поражённый. Я заметил, как его рисунки стали более проработанными и выразительными. — Ты действительно прокачал свои навыки! Это просто потрясающе!