Книга Я уже бог. Книга #40, страница 12 – Сириус Дрейк

Он закрыл глаза и послал импульсом зов, который расходился волнами и проникал в каждую щель на планете. Зов, который могли услышать только те, кто принадлежал к его виду.

Зов, который говорил: СЮДА.

Через секунду он почувствовал отклики. Сначала два, потом еще три, потом еще два. Семь божеств, разбросанных по планете, услышали его и начали двигаться. Кто-то срывался с Аляски, кто-то поднимался из африканской пустыни, кто-то выползал из глубин Тихого океана. Все они направлялись к одной точке.

Австралия.

— Кузнецов еще играется с людишками, — Буслаев открыл глаза, по его скулам побежали черные прожилки, как трещины на фарфоре. — А я собираю армию.

Он огляделся. Дворец догорал. Солдаты на площади наконец заметили его фигуру у входа. Один из них выстрелил заклинанием. Энергетический шар летел по красивой дуге, оставляя за собой голубой след. Буслаев даже не повернул головы. Шар врезался в невидимый барьер в метре от него, лопнул и рассыпался искрами.

— Слишком легко, — произнес Нечто голосом Буслаева и двинулся навстречу солдатам. — Все вообще слишком легко.

Абдалла поднялся со своего места и неторопливо спустился по ступеням трибуны. За ним двигались советники, стараясь не отставать. Охрана осталась наверху, но по их лицам было видно, что они были готовы спрыгнуть вниз в любую секунду.

Фарид и Касим стояли по обе стороны от меня. Оба тяжело дышали, на лицах блестел пот, но держались они прямо. Фарид прижимал ладонь к рассеченной брови, кровь уже почти остановилась. Касим потирал распухшую челюсть. Вспоминая удар Богдана, этому бедняге досталось за сегодня дважды.

Абдалла вышел на арену. Песок и камень захрустели под его сапогами. Он остановился перед нами и заговорил достаточно громко, чтобы слышали трибуны.

— Я увидел достаточно, царь Кузнецов, — произнес он. — Ты показал, что достойный воин. Верно, бойцы?

Фарид коротко кивнул. Касим хмыкнул и потрогал челюсть.

— Подтверждаю, — выдавил он. — Хотя твой здоровяк в поместье бьет посильнее…

— Это не мой здоровяк, это мой… двоюродный прадедушка… — уточнил я. — Но он уже извинился.

Касим снова хмыкнул, но больше ничего не сказал.

Абдалла позволил себе тень улыбки и повернулся к трибунам. Камеры нацелились на него.

— Халифат признает силу Кузнецова, — объявил он. — Мои бойцы согласны подчиняться ему, если он завоюет право возглавить отряд в общих состязаниях, которые состоятся в Москве. Мы убедились, что этот человек способен вести за собой.

Трибуны загудели. Я перехватил взгляд Маши на трибуне, она показала мне большой палец. Света скрестила руки и с улыбкой покачала головой.

— Позер, — сказала она одними губами.

— Но это не все, — продолжил Абдалла. Он щелкнул пальцами, и один из советников торопливо спустился к нам, неся на вытянутых руках сундук из темного дерева размером с обувную коробку и окованный потемневшей медью. По углам шла витиеватая арабская вязь, на крышке блестел замок с руническим оттиском.

— В знак доброй воли и уважения к роду Кузнецовых, Халифат преподносит вам этот подарок, — Абдалла кивнул советнику, и тот протянул сундук мне.

Я принял его. Тяжелый. Внутри что-то позвякивало при каждом движении.

— А что внутри? — уточнил я, потому что принимать подарки от шейхов, с которыми ты только что подрался, не самая лучшая идея.