Книга Я бог. Книга #39, страница 68 – Сириус Дрейк

Вот только… ничего не произошло. Скарабеи долетели до меня и зависли. Крутились на месте, жужжали, тыкались друг в друга, но ни один не напал. Как будто им кто-то запретил.

Помощница на долю секунды опешила. И мне этого хватило.

Я сместился влево, пропустив лезвие мимо уха, перехватил ее запястье правой рукой и крутанул спиной к себе. Левой забрал оружие.

— Тихо, тихо, — сказал я ей на ухо. Девушка дернулась, но я ее уже отпустил, сделав шаг назад и положив кинжал на столик. — Красивый кинжал, кстати. Хорошая сталь, рукоять неплохо сбалансирована.

Помощница отскочила к Клеопатре и закрывала ее собой. Скарабеи бестолково кружились вокруг моей головы, но по-прежнему не атаковали. Помощница уставилась на них с таким выражением, с каким хозяин смотрит на собаку, которая отказалась выполнять команду.

— Что с ними? — прошипела она.

— Нефер, стой, — Клеопатра положила руку ей на плечо, не сводя с меня глаз. — Он бы не пришел один, если бы хотел навредить.

— Ах да, насчет этого… — Я поднял палец и подошел к выходу из номера. Повернул ручку и распахнул дверь.

В проеме стояли Богдан, Любавка и Тари. Богдан привалился к косяку, скрестив руки. Любавка вертела головой по сторонам. Тари стояла чуть впереди, и от нее по полу коридора расходилась тонкая, едва заметная вибрация. Жучки Нефер, которые вились вокруг меня, увидели Тари и тут же юркнули обратно в складки одежды помощницы. Как мыши при виде кота.

Нефер побледнела.

— Что ЭТО? — выдохнула она, уставившись на Тари.

— Это моя подруга, — ответил я. — Она очень хорошо ладит с насекомыми. Если быть точнее, это королева. Можно сказать, у них общий язык.

Тари щелкнула жвалами и прошла в номер, деловито осматриваясь. За ней вошли Богдан с Любавкой. Любавка увидела гепардов, ахнула и бросилась к ним, как ребенок к витрине с игрушками.

Наверное, любой взрослый бы вскрикнул, увидев, как ребенок бежит к двум огромным хищным кошкам, но… это не в случае с Любавкой, которая была опаснее двух этих кошек вместе взятых. При большом желании они бы ее даже не поцарапали.

— Папа говорил, что кошки в Египте священные животные! — Она ткнула пальцем в гепарда. Тот, к моему удивлению, подставил ей пузо и замурчал. — А этот похож на большую кошку! Тетя, можно погладить?

— Она уже гладит, — прокомментировала Лора.

— Тетя? — улыбнулась Клеопатра беспечности ребенка. — Разве ты не должна к старшим обращаться более вежливо?

Я едва подавил улыбку.

— Но… — Любавка удивленно подняла глаза. — Я старше тебя. Тогда ты ко мне должна обращаться с уважением?

— Я царица Египта, — не смутилась Клеопатра. — Так что у меня есть некоторые послабления.

Богдан, оставшийся у двери, молча осматривал комнату: золотой трон, фонтанчик, сфинксы… и хмыкнул:

— Ничего так, уютненько. У нас в поместье тоже так можно сделать?

— Нет, — ответил я.

— Жаль.

Клеопатра переводила взгляд с Тари на Богдана, с Богдана на Любавку. Я чувствовал, что в ее голове щелкают шестеренки. Она пыталась понять, кто из этих троих опаснее всего. Правильный ответ ей знать пока не обязательно.

— Значит, ты прокрался ко мне как трус? — наконец спросила она. — Минуя охрану, без приглашения, с отрядом убийц?

— А ты только что отправила мою делегацию кататься по всей Москве, — пожал я плечами. — Причем среди них уважаемый граф Бердышев, который специально выделил лишний час из своего расписания. Я мог бы побегать за тобой по десяти адресам, как ты и планировала. Мог бы… Но знаешь, у меня завтра важное мероприятие, а послезавтра еще важнее. Так что, извини, веселье отменяется.