Книга Я снова не бог. Книга #38, страница 58 – Сириус Дрейк

И только Георгий Анатольевич закрыл газету и потянулся к бокалу, как в дверь номера ударили. Не постучали, а именно ударили. С такой силой, что дверь распахнулась, а ручка впечаталась в стену.

— Добрый вечер! — В проеме стоял огромный мужчина в гавайской рубашке и сланцах, а глаза прикрывали солнцезащитные очки. За его спиной, в коридоре, дрожал перепуганный портье с поднятыми руками.

— Извиняться буду потом. — Гигант перешагнул через порог и закрыл за собой то, что осталось от двери.

Лена выронила расческу. Георгий Анатольевич медленно поставил бокал на стол.

— Я тебя помню, — произнес он ровным тоном, как будто к нему каждый вечер вламывались полубоги в пляжной одежде. — Чем обязан, Валерий?

— О как! Ты узнал меня?

— Разумеется, — Фанеров-старший откинулся в кресле. — Мы с вашим подопечным виделись. Давненько, правда. Садитесь Валерий.

Валера посмотрел на хрупкое кресло, потом на свои габариты и решил остаться стоять.

— Буду краток, потому что времени может не быть.

И он действительно был краток. Со своей точки зрения, конечно. Охота на двадцать воинов Кузнецова. Угроза. Надо уезжать. Желательно прямо сейчас.

Георгий Анатольевич слушал, не перебивая. На его лице не дрогнул ни один мускул. Только пальцы, лежавшие на подлокотнике, чуть сжались.

— Лермонтов, — повторил он, когда Валера закончил. — Значит, его забрали… Слышал, и Пушкин куда-то запропастился…

— Именно, — кивнул Валера. — Теперь твоя очередь. Или не твоя, но рисковать не хочется. Миша попросил забрать вас обоих и переправить на Сахалин.

— Миша… — Фанеров-старший вздохнул. — Кузнецов, что бы о нем ни говорили, а всегда думает о других.

Лена, которая все это время стояла у зеркала в ночном халате, подошла ближе.

— Подождите, — сказала она. Голос был спокойным, но в нем сквозило раздражение, которое жены годами оттачивают до совершенства. — Мы приехали в Красноярск на два дня. Первый спокойный отдых за полгода. У нас забронирован столик в ресторане на набережной. На девять!

Валера перевел взгляд на нее.

— Понимаю, — кивнул он. — Но жизнь твоего мужа сейчас важнее ресторана, ты так не думаешь?

— Дорогой, и ты позволишь ему так со мной разговаривать? — Лена скрестила руки на груди. — Приперся, выбил дверь, и теперь еще и рассказывает, что тебя могут похитить⁈ Что за нелепая теория!

Валера назидательно поднял палец:

— Теория, подкрепленная фактом: один из коллег твоего мужа валяется полумертвый черт знает где, потому что его высосал гигантский кристалл.

Лена открыла рот, чтобы что-то ответить, но Георгий Анатольевич поднял руку.

— Дорогая, — мягко произнес он. — Валерий прав. Давай не будем усложнять.

— Георгий, не называй меня так…

— Собирай вещи. Мы уезжаем.

Лена посмотрела на мужа. Потом на Валеру. Потом на остатки двери. Тяжело вздохнула и пошла собирать чемодан.

— Я сейчас, — вздохнула она, скрывшись в спальне.

Валера подошел к окну и выглянул наружу. Шестой этаж. Внизу парковка, фонари, заснеженные деревья. На другой стороне улицы был бар, из которого доносилась приглушенная музыка. Вечерний Красноярск жил своей обычной жизнью.

— Спокойно, — констатировал Валера. — Пока ничего подозрительного.

Прошло двадцать минут. А Лена до сих пор собирала вещи.

Валера вздохнул.

— Женщины…

Георгий Анатольевич молча пил коньяк. Валера стоял у окна, скрестив руки на груди, и начинал проявлять признаки нетерпения. Его левая нога ритмично постукивала по полу.