Книга Я до сих пор не бог. Книга #37, страница 110 – Сириус Дрейк

В центре комнаты одновременно появились два сгустка. Они были разными. Один — плотный, темный, с рваными краями, от которого исходило ощущение очень старого и очень сильного существа. Второй — почти светлый, переливчатый, подвижный, как пламя свечи на сквозняке, только размером с человека.

Нечто смотрел на них молча и без особого интереса.

Переливчатый сгусток качнулся, как если бы он качнул головой, состоящей из света.

— Мы почувствовали всплеск, — произнес он. Голос был странный, как будто несколько голосов говорили одновременно, но не мешали друг другу. — На том острове. Думал утаить это от нас, Нечто? Но мы не злимся на тебя. Но та сила… — он сделал паузу, будто наслаждаясь вкусом. — Такого давно не было.

— Сахалин, — коротко произнес Нечто.

— Сахалин, — согласился переливчатый. — Мальчик с бесконечным вместилищем. Семь узлов подряд. Это было красиво, ты не находишь? Жалко, что так быстро закончилось.

Темный сгусток не говорил, а только смотрел.

Нечто не изменил ни позы, ни выражения лица.

— Зачем вы здесь?

— Из любопытства, — произнес переливчатый с интонацией, в которой было что-то почти детское. — Сначала. А потом мы поговорили между собой и решили, что одного любопытства мало. Этот мир становится интересным. Очень интересным. А ты — центр этого интереса. Мы хотим поучаствовать.

— Поучаствовать, — повторил Нечто без особого интереса к собеседникам.

— Помочь. — Переливчатый качнулся снова. — Тебе нужно восстановление. Тебе нужны ресурсы. У нас есть и то, и другое. Мы готовы поделиться. Это несложно.

— И что вы хотите взамен?

Темный сгусток наконец шевельнулся. Голос у него оказался низким, почти беззвучным — это было скорее ощущение, чем звук.

— Посмотреть, чем это закончится, — произнес он. — Вблизи.

Переливчатый снова качнулся, на этот раз в сторону своего молчаливого компаньона, как будто соглашаясь с ним.

— Мы существуем давно, — добавил он. — Очень давно. Сам знаешь… Скучно. А тут — Сахалин, мальчик с таким огромным потенциалом. А тут и Созидательница краем глаза смотрит за всем… — В его голосе было что-то похожее на предвкушение. — Это весело. Мы хотим, чтобы было весело. Помоги нам с этим, и мы поможем тебе.

Нечто молчал.

За окном ветер давил на стены — так же ровно и терпеливо, как давил всегда. Двое помощников на полу не шевелились.

— Да, — наконец проговорил Нечто. — У меня есть кое-что интересное для вас…

* * *

Широково.

КИИМ.

Утро.

Институт во время каникул пах по-особому. Не так, как обычно — не запахом свежей краски, натертых полов и слез студентов. Сейчас в коридорах царил аромат выпечки и крепкого кофе.

Мне нужен был Звездочет. Я поднялся на второй этаж и почти столкнулся с ним в дверях деканата. Как обычно, на месте и даже в праздники.

Алефтин Генрихович посмотрел на меня. Я посмотрел на него. Пышные усы слегка дрогнули.

— Хорошо выглядишь, — произнес он.

— Спасибо. Вы тоже.

— Я имею в виду, что после Нового года половина студентов в лазарете.

— Я понял, что вы имеете в виду… — улыбнулся я.

Он кивнул и придержал дверь, пропуская меня внутрь. В деканате было тепло и чуть сумрачно — жалюзи еще не подняли, и зимний свет пробивался тонкими полосками. На столе стояла кружка. От нее шел пар.

— Кузнецов, — Звездочет взял кружку и повернулся ко мне. — Я хотел спросить. Ты сегодня после занятий возвращаешься на Сахалин?