Книга Я не бог. Книга #34, страница 95 – Сириус Дрейк

— Тут не сказано, — пожала плечами Лора.

Я перелистнул несколько страниц. Записи становились более личными.

«…сегодня годовщина. Триста лет с того дня, как я потерял все. Мою Катеньку. Моего непутевого сына, Петю. Я не виню его, что он засунул меня в эту клетку. Я бы и сам сделал то же самое. Но я помню, как обещал им, что защищу. Что никогда не позволю никому причинить им вред…»

— Там есть подробности? — я посмотрел на Лору. — Что именно произошло триста лет назад?

— Нет, только последствия и будущие планы, — кивнула она. — Смотри.

«…нашел способ. Варварский. Жестокий. Недостойный царя. Но я готов на все. На любую цену. Если для того, чтобы вернуть их, мне придется сжечь весь мир — я сожгу его, не задумываясь. Пусть меня называют тираном. Злодеем. Безумцем. Мне все равно. Я просто хочу снова увидеть их улыбки. Снова услышать голос сына. Снова обнять жену. Это все, чего я хочу. Это все, ради чего я живу…»

Я замолчал. Ощущения от прочитанного были двоякие. Вот только кто-то переживает эту боль, а Петр решил, что его это не устраивает.

Петр Первый. Человек, развязавший войну, превративший Есенина в оружие, убивший тысячи людей, пытавшийся убить собственного сына, заразив его проклятием. Что-то не сходится все это с тем, что тут написано…

И в то же время — отец, сильно любящий сына. Муж, потерявший жену. Человек, который триста лет жил с этой болью и был готов на все, чтобы ее прекратить.

— Это не оправдывает его, — тихо произнесла Лора, прочитав мои мысли. — Но объясняет его мотивы.

— Да, — кивнул я. — Объясняет. Но не более…

Болванчик запищал.

— Что там?

— Валера, — голос Лоры стал напряженным. — Его энергия… Она падает. Быстро.

Я прикрыл глаза, концентрируясь на внутреннем хранилище. И почувствовал это.

Валера сражался. Далеко отсюда, за сотни километров от Москвы. Он и Есенин схлестнулись где-то над тайгой, превращая лес в пепелище.

И битва была… Эпичная.

Нет, не так. Он тратил слишком много энергии. Моей энергии. Каждый удар шести огненных рук, каждая вспышка короны — все это высасывало силы из моего хранилища. Даже регенерация не успевала восполнять потерянные объемы.

— Лора, сколько осталось?

— При текущем расходе… Двадцать минут. Может, тридцать. Потом Валера останется без подпитки.

— И что тогда?

— Я не знаю, — развела Лора руками. — Что-то мне подсказывает, что у Валеры есть еще козыри.

Я стиснул зубы. Валера знал, на что шел. Он знал, что эта битва высосет из него все. Но все равно пошел. Потому что это было нужно. Потому что кто-то должен был остановить Есенина. И дать Валере настоящий бой.

— Держись, Валера, — прошептал я. — Просто держись.

* * *

Тайга.

На сотни километров вокруг — обугленные пеньки, дым и кратеры. Деревья вспыхивали как спички. Снег испарялся, не успев коснуться земли. Земля плавилась, превращаясь в магму.

В центре этого ада сражались два человека. Если вообще их так можно назвать.

Валера уже потерял две руки. Они просто… отвалились. Растворились в воздухе, когда энергия иссякла. Корона над его головой тускнела с каждой секундой.

Но он все еще стоял с широкой улыбкой.

— Ты упрямый, старик, — прохрипел Есенин, отступая после очередного удара. Его тело было покрыто ожогами, которые уже не так быстро затягивались, как прежде. — Очень упрямый. Но все бесполезно. Ты не можешь меня убить.