Книга Я не бог. Книга #34, страница 25 – Сириус Дрейк

— Король Сахалина, Михаил Кузнецов.

— Я требую установить временное перемирие на границе нынешнего ведения боя, в противном случае…

— Ого! Какая наглость! Откуда столько гонору? — перебил я его. — Давай так, король Англии. Вы мне уже как-то изрядно насолили своим Холмсом с его играми в детектива. Теперь объединились с Северной Империей. И ты хочешь еще устанавливать правила? Ну уж нет. Я убью всех твоих солдат на моей территории, если таковые остались. Прибудут еще, я и их убью. Но это ты уже не узнаешь. Мой человек сейчас рядом с тобой и стоит мне попросить, он без особого усилия разрушит и твой замок, и твою страну.

— Один в поле не воин, — попытался возразить напыщенный король, но послышался глухой удар и писк. — Как ты смеешь⁈ Я король Англии! — и опять глухой удар. Затем трубку вырвали, и я услышал голос Валеры.

— Мишаня, он меня утомляет. Подзатыльники не работают… Может, нахрен его?

— Дай трубочку, последняя попытка…

Вскоре я опять услышал правителя Англии.

— Уважаемый Карл. У вас последний шанс поступить благоразумно, на благо своей же страны, и не посылать больше солдат. Если вы на это согласны, то вечером я направляю вам счет и сумму, которую вы должны уплатить до конца месяца. И мы с вами будем в хороших, товарищеских отношениях!

— Вы смеете просить…

— Да, смею, — спокойно ответил я. — Напомню, что произойдет, если вы откажетесь. Мой товарищ вас убьет и захватит власть. Поверьте, опыта у него куда больше, чем у всей вашей родословной. Я объявлю Англию частью своей страны. И так или иначе получу свои деньги. Выбор за вами.

— Вы блефуете…

— Миша, дорогой, — услышал я голос Лоры. — Он просто не пробиваем. Хватит с ним сюсюкаться! Я понимаю, что Англия будет для нас сейчас в тягость, но лучше так, чем общаться с таким бараном.

— Да нет, уж лучше с ним, чем подвергать стольких людей смене власти и государства…

И тут же я поставил точку в разговоре.

— Ответа я не услышал. Передай трубку моему человеку…

— Постойте! — голос Карла немного дрогнул. — Я согласен… Могу я отозвать своих людей?

— Боюсь, уже некого отзывать.

— Хорошо. Я вас понял. Всего хорошего, — и первым положил трубку.

Вот так еще одна страна вышла из войны. Пока только на словах. Хотя мне и этого было достаточно.

— Валера, — связался я с ним через внутреннее хранилище. — До вечера побудешь там? Погуляй! Говорят, сейчас там красиво! А потом можешь полететь в Речь Посполитую, если они еще не сдадутся.

— Да я бы уже закончил эти путешествия, — ответил Валера. — Надоело. Это последняя страна, Миша. Наездился. У меня ощущение, что я пропустил все веселье.

Я сидел в своем кабинете гостевого дома, опираясь локтями о массивный дубовый стол. За окном, в туманной дымке, виднелся лес. Мысли метались между сводками с фронтов, донесениями о потерях и одним-единственным неотступным желанием побыстрее все это закончить.

Передо мной сидел Петр. Закинув ногу на ногу, он рассматривал данные с передовой. В дверь постучались, и тут же вошла почти вся делегация. Впереди Эль с папкой под мышкой. Рядом с ним Софья Андреевна и Арина Родионовна. За ними Надя с каким-то особенно сияющим, несмотря на все тяготы, лицом. И завершала делегацию Мисс Палмер с ее вечно невозмутимым выражением лица. Так же в комнату проскользнул кот Васька, чем очень удивил Романова.