Книга Я до сих пор царь. Книга #32, страница 40 – Сириус Дрейк

Разумеется, он мог просто подождать, пока умрут те, кто доставлял ему проблемы. Это не было проблемой, когда у тебя впереди вечность, но факт того, что он выбрал такой легкий путь для наказания этих ничтожеств, будет преследовать его вечность.

Нечто махнул одной из рук, и перед ним возник большой куб, внутри которого были переплетения множества нитей. Каждая вела к определенному миру и показывала, куда перенаправляются монстры. Он развел конечности, и все в кубе начало двигаться. Когда картинка зафиксировалась, появилась одна голубая планета, опоясанная пятью тонкими линиями. Приблизив еще, бог остановился на одном единственном городе. Люди его называли Красноярск.

И там тускло горели всего две точки. Но и этого для начала было достаточно.

* * *

Горький начал выводить студентов с Дикой Зоны, когда увидел нашу группу.

Прорыв был остановлен. Отчеты из института говорили о том, что дальше волн не будет. Когда же мы проходили через распределитель, то нас подрезал директор и отвел всю группу в сторону.

— Простите, господа, но я бы хотел поговорить вот с этим молодым человеком, — показал он на меня.

— Миша, ты зайдешь в институт? — спросил Марк.

— Не знаю… Думаю, нет… — честно, мне бы хотелось остаться хотя бы на денек и поесть в общей столовой. Полежать на своей кровати и посидеть у камина с друзьями. Но по очевидным обстоятельствам это было невозможно. Так что пришлось отказаться.

— Хорошо, а когда мы увидимся? — уже спросила Вика. — Ты еще нас навестишь?

— Ничего не обещаю, но попробую.

— Кхм… — Горький намекнул, что пора бы им свалить.

Новички только пожали мне руку и пошли за Марком и компанией.

— Вы хоть в лазарет заскочите! — крикнул им вслед, на что получил только кивки.

— Они знают? — удивился Горький.

— Да, там были непредвиденные обстоятельства, и пришлось выдать свою личность… Точнее, использовать чуть больше уникальных способностей, с помощью которых меня и рассекретили.

— Ясненько… — кивнул он. — Так что ты сейчас собираешься делать?

— Вернусь на Сахалин, там полно дел. Или вы что-то конкретное хотели?

— Да… Я так понимаю, что Петр Петрович у тебя. Но он что-то собирается делать с этим? — он всплеснул руками, намекая на ситуацию в стране.

— Конечно, но деталей я вам рассказать не смогу. Уж извините. Но разве институт как-то пострадал от правления?

— Не то чтобы… Но участились проверки. Списали много старых защитных костюмов. Идет перестановка среди преподавателей. Асая Рей под вопросом депортации. Сам понимаешь, он представитель Японии, к тому же, такого ранга…

— Если что-то начнется, поверьте, вы об этом узнаете, — кивнул я. — Но пока мой Посейдон будет рядом, на всякий случай.

— Об этом я бы тоже хотел поговорить, но лучше в моем кабинете, — он открыл дверь распределителя, и мы прошли на территорию КИИМа.

Там мы поднялись в кабинет.

Тут же был предложен чай, и на этот раз я не отказался.

— Кажется, ты первый раз согласился, — улыбнулся директор и на радостях начал доставать печенья, конфеты, вафли и много чего еще. В конечном счете, заставил закусками весь журнальный столик.

— Миша, ты слышал такую поговорку: благими намерениями вымощена дорога в ад?

— Слышал, — закинув вафельку в рот, запил чаем. — Хотите сказать, Посейдон мешает вам?