Книга Я до сих пор царь. Книга #32, страница 24 – Сириус Дрейк

Мы как раз подъезжали к поместью. Только увидев окна дома, я внезапно понял, что в этом бесконечном потоке дел вдруг образовалось «окно».

— Слушай… — сказал я, остановив машину. — А не прошвырнуться ли нам в Широково, раз такое дело? Вроде, ничего срочного нет…

И резко развернувшись, направился к порталу. А там, оказавшись в Широково, набрал номер Горького. Вот с кем мне нынче хотелось перекинуться парой слов. И кое-что показать.

— Алексей Максимович, приветствую, вы не заняты? — спросил я немного удивившегося Горького. — Могу я зайти?

— Миша? Зайти? Ты же… Ну, международный террорист, и все такое.

— Я знаю. Так, можно? Я хотел вам кое-что показать…

— Важное? Я прям удивлюсь?

— О, да. Вы аж офигеете, — улыбнулся я.

На «проводе» возникла небольшая пауза.

— Ну раз так, то заходи. Только ты не вздумай ломиться через город — там тебя мигом сцапает жандармерия. Проходи через Дикую Зону, лады?

Я так и сделал. Вышел через свои ворота и перешел в распределитель в КИИМ. На проходной меня «встретил» охранник:

— Что, ничего не принес? — хмыкнул он, даже не поглядев на меня. — И где вас таких набирают, бездарей…

И развернул свою спортивную газетенку.

Пожав плечами, я прошел к институту, который за минувшее время весьма преобразился. Помнится, от него остались одни камни — а сейчас он блестел как новенький. Работы еще шли, но, видно, что рабочие заканчивали финальную фазу.

— И говнозажимы тут есть… — сказал я, замечая знакомый магический фон. — Много говнозажимов…

— Очень много говнозажимов, — подтвердила мои наблюдения Лора. — Тут на каждом углу, похоже, по говнозажиму…

К счастью, занятия были в самом разгаре, и в коридорах мне не попалось ни души. Быстро поднявшись к кабинету Горького, я постучался и вошел. Алексей Максимович принял меня со всем возможным радушием.

Чай, конфеты и куча вопросов, конечно же. Я тоже не отставал, и задал парочку своих:

— … Говнозажимы обошлись мне дешево, — махнул рукой директор и пододвинул мне большую кружку чая. — По себестоимости.

— Я могу вам достать парочку задаром, — улыбнулся я. — По старому знакомству.

— Бесплатно — это дорогое удовольствие, знаешь ли? — хмыкнул он. — Но отказываться не буду… Ты же что-то хотел мне показать, да?

Я не стал тянуть и показал директору свой черный браслет. Горький так и замер с кружкой чая, не донеся ее до усов.

— Миша…

— Ага, — улыбнулся я, наблюдая как он нависает над моим запястьем, как коршун, и как его глаза начинают блестеть неподдельным любопытством.

— Это же?.. Как ты умудрился? Ты впитал в себя все виды кристаллов⁈

Я кивнул. Директор так и шлепнулся на стул. Затем почесал подбородок.

— Ты понимаешь, что это значит? Во всем мире такой браслет был только у Федора Конюхова, и он…

А вот что «он» Алексей Максимович не успел закончить. Взвыла тревога, и директор закатил глаза.

— Ладно, поговорим позже. У нас опять прорыв.

Все что происходит в Дикой Зоне, навсегда остается в Дикой Зоне. По крайней мере, такое негласное правило было среди студентов КИИМа. Но это не значит, что я пойду бок о бок с остальными ребятами защищать стены уже враждебной мне страны.

Нет, я конечно, пойду, но не в открытую. Благо, на дворе зима.

Горький выделил мне доспехи с забралом. Костюм напоминал что-то среднее между мотоциклетной экипировкой и кибепансковской одеждой. Даже забрало задвигалось с помощью магической завесы, красиво появляясь перед лицом.