Книга Я еще царь. Книга #30, страница 8 – Сириус Дрейк

— Ну ни хрена себе… — присвистнула Лора, глядя в небо.

Похоже, я не ошибся, доверив Элю бразды правления. Если он и дальше будет демонстрировать такую силу — у Сахалина отличные шансы.

— Все добрались, — выдохнул я, глуша мотор и выходя из машины.

Отель был оцеплен солдатами Романова. Их задача — охранять царя и семью. И, похоже, они её выполняли на совесть. Я сомневался, что метеоритные монстры доберутся до центра города, но подстраховаться стоило.

— Господин Кузнецов! — один из солдат, заметив меня, поднялся первым, за ним обернулись остальные. — На верхних этажах что-то происходит, но нам запретили подниматься…

— Кто?

— Царица Ольга. Передала по связи: ни одного солдата не пускать.

— Молодцы, что выполняете приказ, — кивнул я, проходя мимо и направляясь к лестнице. — Сейчас ваша задача — не подпускать монстров к зданию. Ни под каким предлогом.

— Так точно! — выкрикнули вперемешку, и тут же сами смутились.

— А ну ещё раз! — рявкнул командир. — По уставу!

Они начали отрабатывать синхронность, а я вошёл внутрь.

Пустой холл, ни прислуги, ни охраны. Видимо, всех эвакуировали. Или это распоряжение самой Ольги. Причины были неизвестны, но я не стал задерживаться.

Я поднялся наверх, прошёл по коридору и без лишних церемоний открыл дверь в номер Петра Романова.

Картина была удручающей, хоть и ожидаемой.

Пётр и Саша сидели в креслах, бок о бок. На этот раз у обоих кожа была одного оттенка — бледная, почти мёртвая. Если бы не движение в глазах и слабая улыбка на губах, я бы решил, что они уже покинули нас. Рука Саши покоилась на ладони Петра.

— Успел… — прошептала Настя.

— Уже начали, — кивнул я и подошёл к ним. — Лора, дай сводку.

Положив свою руку поверх их, подключился. И ситуация оказалась… средней паршивости.

Метода не было, инструкции тоже. Но, похоже, Пётр или Саша поняли, что хватит простого контакта, и всё сделали правильно. Теперь внутри их сражались два чудовища — пустота и голод. Пустота пыталась заполниться, а голод насытиться. Проблема была в оболочках. Они могли не выдержать.

Пётр выглядел так, будто взял в долг у самой жизни. И Саша ничуть не лучше.

— Ну что, Миша… хреново, да? — прошептал Есенин.

— Видал и получше, — кивнул я. — Только не говори. Экономь силы.

— Слышал, сирена по городу прошла? — теперь заговорил Пётр.

— Да. Метеориты. Много. Но сюда они не дойдут.

Катя, Настя и Паша молча взяли оружие и вышли. Что творилось у них в голове — не знаю. Но по выражению лиц было ясно: оставаться в этой комнате они не могли. Ольга только проводила их взглядом.

— Лора, что можно сделать?

— Не знаю, — ответила она с неуверенностью, редкой для неё. — Всё говорит о том, что мы ничем не поможем. Только облегчим боль.

Мысли в этот момент будто выветрились. Эти двое… сделали многое. И плохого, и хорошего. Один жил три века. Второй — куда меньше. Но обоих я уважал. Пётр — за его жертвы ради страны. Саша — за то, что вытаскивал империю из самых безнадёжных ситуаций, методами, которые под силу только ему.

Каждый из них отдал всё ради страны. И теперь один должен умереть.

— Давай сделаем всё, что в наших силах, — тихо сказал я, обращаясь к Лоре. Мы одновременно погрузились во внутреннее хранилище.

Там бушевало море, над центральным островом зияли две огромные дыры, и пространство между ними искривлялось, словно изнывало от напряжения, соединяясь где-то посередине. Там рождалась третья дыра, чуть меньшего размера.