Книга Я до сих пор не царь. Книга #27, страница 115 – Сириус Дрейк

— Переселение? — спросил я.

— Не совсем. Владелец старого тела полностью исчезает из всевозможных реальностей. И в это тело можно подселить новую душу. Грубо говоря, только для этого и нужна мертвая вода, — пояснил Чехов.

Вот это уже интересно. Получается, у Исаака и Петра Первого есть мертвая вода. И было вполне очевидно для каких нужд они ее выкрали. Вот только это никак не упрощало поиски.

— На ее активацию необходимо семь дней, — продолжил Есенин. — Тот, чья душа должна исчезнуть, должен пить по капле в день, чтобы начать процесс разрушения. Выпьет больше, умрет. Выпьет меньше, умрут обе души.

— Откуда вы столько знаете? — удивился я.

— Хех, — улыбнулся Чехов. — Просто ты мало нас знаешь, парень.

Но даже та информация, что я только что получил, никак особо не помогла.

— Как-то можно прервать процесс? — продолжил я.

— Конечно, — кивнул Есенин. — Если владелец пропустит хоть день и не выпьет каплю зелья, или если на седьмой день, он так же не выпьет всю воду, то ничего не произойдет. Вот и все. Я думал, это очевидно.

— Даже я уже все поняла, Миша, — деловито произнесла Френсис.

С момента побега Исаака и Петра Первого с острова Распутина прошло четыре дня. А значит, у меня есть всего три дня, чтобы найти их и уничтожить. Да, я уже не грезил надеждой, что мне удастся как-то схватить их и упрятать в глубокую тюрьму. И если с Исааком еще были сомнения, то с Петром Первым вопрос был окончательный. И кажется, я придумал, как его уничтожить окончательно. Ответ был буквально при нем.

— Что ж, раз на этом все…

Но входная дверь открылась, и в дом зашла Люся.

— Эм… — увидев всех нас, она впала в небольшой ступор.

Повисла пауза.

— Люся! Сколько лет, сколько зим! — первым вскочил Чехов и полез ее обнимать. — Ты совсем не изменилась! Та же одежда, то же выражение лица.

— Миша… — с каменным лицом произнесла женщина. — Ты, как всегда, мастер комплиментов. Впрочем, как и мастер выбирать парфюм… Что это, медицинский спирт или очередное творение твоих фабрик?

— Фу, я и забыл, какая ты… — картинно обиделся он и отошел к Есенину. — Сережа, ты слышал…

— А ты что тут делаешь? — спросила она князя Есенина.

Люся прошла в гостиную, со всеми поздоровалась и села в свободное кресло.

— Меня избил… — он немного осекся, посмотрев на светящегося от радости здоровяка.

— Валера, — подсказал он.

— Выбил из меня всю дурь, — кивнул князь.

Люся же закатила глаза, встала, провела руками по Есенину, просканировав его, и вернулась на место.

— Тебе повезло, что вообще жив остался, — улыбнулась она. — Хотя ты это, завязывай пить столько алкоголя.

— Я тоже ему это сказал, — кивнул Чехов. — Так, раз тут мои услуги больше не нужны…

Я же вспомнил кое о чем и поспешил к князю.

— Простите, Михаил Павлович, вообще-то я бы хотел попросить вас еще об одном одолжении.

— Ох, Михаил, только потому что мы с вами тезки, — улыбнулся тот. — Но все же я попрошу кружку крепкого кофе.

— И мне! — воскликнул Валера, воспользовавшись тем, что именно я буду его готовить.

— Тогда могу я попросить тоже? — поднял руку Есенин.

— Тогда и я буду! — улыбнулась Алиса, зайдя в гостиную. — Миша отлично готовит кофе.

Я закатил глаза и посмотрел на Люсю.

— Откажусь.

— А я буду! — подняла руку Френсис.

— Вам, молодая леди, нельзя кофе! Вы потом не уснете! — погрозил пальцем Чехов.